Игра не для слабых: Меж двух огней

Фартовый попался, — немного подумал и добавил, — Ты Генри извини, что так вот о тебе в третьем лице говорю, но что правда, то правда. Мыж почитайте вшестером всего в те подземелья спустились. Пять сотен орденцев полегло, а на нас ни царапинки.

Ага. Фартовый. И везёт мне порой, как утопленнику.

— Скорее дело в другом, — возразил ему Освальд, — В том, что он сам в каждый бой с нами ходит. Другие то командиры всё больше по шатрам сидят. Контракты подписывают, стрелочки на картах рисуют, людей подсчитывают. Ну, сколько им, значится можно в расход на те или иные цели спустить.

А тут… Ну ежели ты сам в пекло лезешь, то хошь-не хошь, а заранее подумаешь, как и самому из него выбраться и тех, кто за тобой следом попрёт — вытащить.

— Так что понял, Мелкий, — ухмыльнулся Алвур, — Не пропадёшь ты с нами. Считай удачу за хвост поймал.

— Угу, понял, — невнятно бросил тот. Мне на мгновение почудилось, что его голос как-то нервно дрогнул. Хотя, в целом, понять парня было можно. Он всю жизнь просидел в городе.

А теперь ему придётся тащиться хрен знает на какой край света. Отрываться от родных. И ведь фиг знает, увидит ли он их снова. Меня бы тоже, наверное, потряхивало на его месте. Несмотря на любые попытки приободрить.

Некоторое время мы снова шли молча. Затем мелкий остановился у одного неприметного проулка, выходившего на нашу улочку. Заглянул за угол и облегчённо выдохнул.

— Пришли, — бросил он, поворачиваясь к нам, — Дитрих на месте. Ждёт нас.

Рыцарь и правда был на месте. Один. Стоял, рядом с каким-то подгнившими вскрытыми бочками, опираясь спиной на стену и кутаясь в грязно-серый плащ.

Интересно, к чему такая секретность? Может, за ним тоже установили слежку, после того, как он оказался единственным выжившим в той экспедиции? В принципе… К нему должны были возникнуть вопросы. Да и к нам, впрочем, тоже. Так что удивляться не стоит.

— Привет, Дитрих, как оно? — поприветствовал рыцаря я, когда мы поравнялись. Тот как-то странно посмотрел на меня и натянуто улыбнулся.

— Лучше, чем могло бы быть, — хрипло ответил Дитрих, — Уже иду на поправку.

— Рад за тебя, — я улыбнулся, немного помолчал и добавил, — Что насчёт сведений.

— Да, я добыл всё, что нужно, — голос рыцаря показался мне холодным и безжизненным. Как и его ничего не выражающий взгляд. Я уже хотел было поинтерсоваться, не стряслось ли чего, но Дитрих сам меня опередил, дав ответ на этот вопрос.

— Прости друг, — бросил он, отходя на несколько шагов назад, — Так было нужно.