Игра на чужом поле

С этими словами Эдуард Петрович Денисов посмотрел на Старкова и Кривенко, широко улыбнулся им, приглашая к разговору, и налил себе вторую чашечку чаю. По вечерам он старался кофе не пить.

* * *Замысел Короткова был прост и, как он уверял, многофункционален. Сделав из Насти подозрительную фигуру, которой интересуется Московский уголовный розыск, да еще негласно, да еще сразу после убийства москвича Алферова, он хотел полностью дезориентировать преступников, при условии, разумеется, что они находятся где-то рядом.

Юра надеялся, что лица, причастные к убийству, постараются сблизиться с Настей, чтобы получать из первых рук информацию о том, в каком направлении ведется расследование, какие улики имеются у милиции, какие версии прорабатываются. Если замысел сработает, можно будет попытаться использовать Каменскую как источник дезинформации. Третья цель, которую преследовал Юра, заключалась в том, чтобы создать легенду и Насте, и себе самому. Она – непонятная фигура, которую в чем-то подозревают, стало быть – в милиции не работает. Если какие-то слухи и просочились, то теперь всем должно стать ясно, что это – ошибка. Он же, работник МУРа майор Коротков, своим показным интересом к Анастасии Каменской будет прикрывать истинные намерения.

Версия о заказном убийстве распадалась на две части. Первая: Алферова убили свои же по указанию самого гендиректора фирмы «Норд трейд лимитед», так как водитель узнал слишком много того, что ему знать не положено, и по каким-то причинам стал опасен. Вторая: убийство водителя – попытка запугать гендиректора, предупреждение со стороны конкурентов или вымогателей.

Коротков привез из Москвы подробное описание тех, кто так или иначе мог оказаться исполнителем «заказа» и, соответственно, должен был, по его разумению, попытаться установить контакт с Настей. Приманка должна была сработать и в том случае, если мотив убийства был совершенно иным, но убийца по-прежнему находился в Городе. Правда, весь этот план мог рассыпаться как карточный домик, если старушка соседка окажется уж слишком добросовестным помощником и будет держать язык за зубами. Тогда никто не узнает, что Настей негласно интересуется уголовный розыск. Допустить этого было нельзя. Настя вместе с Коротковым голову сломали, думая о том, как спровоцировать Регину Аркадьевну и заставить ее проговориться о «секрете» хоть кому-нибудь.

– Может, не будем мудрить и прямо попросим ее? – предложил Юра.

– Нельзя. Ты забыл о ее любимом ученике Исмаилове.