Игра на чужом поле

Их уводят у тебя прямо из-под носа.

Очутившись в своем номере, Настя впихнула Короткова в ванную и дала наконец волю истерическому хохоту, уткнувшись лицом в его толстый свитер. Успокоившись, они вышли в комнату, Настя включила кипятильник и шепотом спросила:

– Говорить будем сейчас или подождем до танцев?

– Лучше на танцах, – так же тихо ответил Юра. – Сейчас будем просто забивать эфир. У твоей соседки балконная дверь открыта, так что давай-ка рассказывай мне роман, который переводишь. Поподробнее и с комментариями.

Время тянулось так медленно, что Настя готова была пойти в холл перевести стрелки часов, чтобы танцы начались быстрее. Всего-то надо было протянуть чуть больше часа, но иногда это бывает так трудно!

Наконец они оказались посреди танцплощадки, где, обнявшись, медленно переминались с ноги на ногу, радуясь чрезмерно громкой музыке, которая в другое время раздражала бы их, а сегодня была их ангелом-хранителем. Прижавшись щекой к щеке, подведя губы к самому уху партнера, Настя Каменская и Юра Коротков вели свою неспешную беседу.

– Хорошо, что Дамир пришел. Иначе я была бы вынуждена отказаться и от танцев.

– Почему? Репутацию блюдешь?

– В общих чертах, да. Во-первых, я ни разу за всю неделю не была на танцах, и было бы по меньшей мере странным, если бы согласилась пойти с тобой. Во-вторых, предполагается, что с Дамиром у меня был роман и он меня бросил. Поэтому я такая скучная и не реагирую на твои заигрывания. Гулять не хочу, в кино не хочу, на танцы… Ан нет, заглянул Дамир – я тут же на танцы захотела.

– Ну ладно, а если бы этот твой Дамир не зашел?

– Я бы по ходу сориентировалась. На танцы, конечно, не согласилась бы идти, но ты бы стал меня упрашивать и всячески провоцировать… Ведь начал бы, правда? А я бы поддалась. Теперь объясни мне, что все это означает.

Они проговорили почти час, умолкая только тогда, когда затихала музыка. Потом пошли в бар. Конечно, Настя предпочла бы выйти в парк, но для этого пришлось бы подниматься к себе за курткой и шарфом, а это было чревато встречей с Региной Аркадьевной, а к этому Настя пока готова не была.

Юра никак не мог поверить в то, что Настя говорит серьезно.

– Пойми, Юра, я не хочу иметь дело с этими людьми. Не хочу – и все. И давай оставим это.

– Но, Ася, это же глупо. Просто детство какое-то, – недоумевал Коротков. – Не можешь же ты, взрослая умная женщина, всерьез обижаться на своих коллег.