Господин моих ночей

Все такая же безупречно красивая, нарядная и изысканно-утонченная, как хрупкая, диковинная бабочка. Я сама невольно залюбовалась ею. Что уж говорить о проходящих мимо мужчинах? Они чуть шеи не свернули, разглядывая представшее перед ними чудо.

— Элис, — несколько легких, стремительных шагов, и высшая остановилась напротив. — Рада вас видеть.

Рада она, как же.

— Здравствуйте, Верена, — произнесла сухо и, не сдержавшись, добавила: — Случайно проезжали мимо?

— Не стану лукавить, — бледно улыбнулась девушка. — Вы все равно поймете, что это неправда.

— Спасибо, предпочитаю ходить пешком.

— Тогда... Позволите пройтись вместе с вами? — упорствовала леди Тэйн.

Со времени нашей первой встречи она неуловимо изменилась. Сегодня передо мной предстала не избалованная, беспечная, чуть наивная болтушка, а сдержанная, знающая себе цену молодая женщина. Словно вместо одной маски она надела другую.

— Как вам угодно.

Я пожала плечами, Верена жестом показала кучеру, чтобы ехал за нами, и мы неспешно двинулись вдоль улицы.

Некоторое время царила тишина, никто из нас не рвался первым начинать разговор. Скорее всего, высшая ждала вопросов, а у меня не было желания их задавать.

— Вы не приняли приглашения, — наконец, заговорила она.

— К сожалению, сейчас у меня нет времени на светские развлечения, — таким же чопорным тоном подхватила я."

"— Это единственная причина?

— Нет, — Она хочет правды? Пожалуйста… — Не думаю, что мне найдется место в вашем обществе.

— Рада, что вы это понимаете, — Верена бросила на меня внимательный взгляд. — Что ж... Откровенность за откровенность. В первую нашу встречу я повела себя не совсем правильно. Я всегда знакомлюсь с альтэ жениха и, по возможности, завожу «дружбу», — она чуть заметно усмехнулась. — Это помогает их контролировать. Обычно мне все удавалось, но в вашем случае я просчиталась. Не учла, что мы не в Лагоре, а в Варрии, где все аристократки — пустышки, и я столкнусь не с простолюдинкой или купчихой, а с ровней.

Склонила голову, принимая ее слова.

Наверное, прохожим мы казались добрыми приятельницами или соседками, мирно беседующими о каких-то незначительных пустяках. Каждая старалась держать лицо и тщательно скрывала свои эмоции.