Герцог и я

Дафна с сожалением посмотрела на него и негромко произнесла:

— Пожалуй, он не очень скоро сможет возобновить свои попытки.

— Я тоже так считаю, — согласился Саймон, сжимая и разжимая кулак правой руки.

— Спасибо, — робко сказала Дафна. — Вы не слишком его?..

— Надеюсь, нет, — решительно ответил Саймон. — Ручаюсь, он будет жить.

После чего произошел обмен легкими улыбками.

— Что же теперь делать? — спросила она.

— Вернуться к прежнему плану. Вы пережидаете в библиотеке, я иду за экипажем. Тащить его раньше, чем экипаж будет у дверей, нет смысла.

— Может быть, я могу чем-то помочь вам, сэр? — спросила она, прежде чем направиться к двери в библиотеку.

Он помолчал, окидывая задумчивым взглядом распростертого и совершенно неподвижного Найджела.

— Пожалуй, некоторая помощь не помешала бы, — сказал он потом.

— Не шутите? — Дафна была удивлена. — Вы же все время говорили, что вам не требуется помощь.

Он раздраженно взглянул на нее. Как легко он раздражается, подумала она, для светского человека это плохое качество.

— Тогда зачем вы спрашиваете, дорогая мисс Бриджертон?

«Дорогая» прозвучало почти как оскорбление, и Дафна обиделась.

— Я не настолько глупа, дорогой сэр, — ответила она, — чтобы предлагать что-то, не имея намерения это выполнить. И просто удивляюсь тем мужчинам, которые…

Он опять прервал ее:

— Я уже слышал, мисс, о вашем огромном опыте общения с ними и не хочу, чтобы вы повторялись.

— Что? — Ее глаза сделались еще темнее от гнева.

— Прошу прощения, — галантно произнес он, — я просто думал, что вам стоит поберечь силы для другого.

— Чего другого? — яростно крикнула она. — Как вы смеете так разговаривать со мной! О чем вы думали?

— Еще раз прошу извинения, мисс Бриджертон, но я думал и сейчас думаю о том, что вы напрасно считаете, будто много знаете о мужчинах, даже если всю жизнь общались с братьями.

Это уже слишком: он просто насмехается!

— Вы… вы!..

От возмущения она почти потеряла дар речи. Но его, как видно, не смутил ее праведный гнев.

— Моя дорогая мисс Бриджертон… — начал он.

— Если вы еще раз назовете меня «дорогая», я закричу на весь дом!

— Вы не сделаете этого, дорогая, — с улыбкой искусителя сказал он. — Это привлекло бы сюда целую толпу, а вы наверняка не хотите, чтобы вас застали здесь, в полутемном коридоре, наедине со мной и неподвижным телом претендента на вашу руку.

— Я готова пойти на это, — прошипела она в ярости. Саймон сложил руки на груди и лениво прислонился к стене.