Факультет бытовой магии, или Проклятие истинной любви

– Учись быть настоящей темной, выскочка, – съязвила тьма, вернув госпоже Недоучителю ее же реплику.

– Я видел эту дрянь однажды в женской башне, – выдохнул Валевски.

Оттолкнув разинувших рты магов, я вскочила и, все так же хохоча, уселась на широкий дубовый стол. Внутри, в животе, горело пламя, причиняя дикую боль. Проклятое зелье. Спрятавшись под маской своей тьмы, я корчилась в агонии.

– Сюрприз, сюрприз! – загоготала моя милая доброжелательная сущность. – А кому мы будем откусывать голову в первую очередь? А? О, Андрейка, в попе батарейка – местный дурачок! – Тьма захлопала в ладоши.

«Не наговаривай, – простонала я, – нормальная была тушенка».

– Хи-хи-хи! – вырвалось из моего рта.

– Что она несет? – Глаза старухи Валевски стали до неприличия круглыми.

– А ваш Андрейка скупал селедку и клал ее сырой на сковородку!"

"Трясясь в ознобе от боли, я все же оценила рифмованные шутки своей тьмы.

А мне становилось хуже.

– Почему не действует зелье? – Элоиза трусливо отступала к двери. – На нем же проклятие!

– О, простите-простите! – Тьма развела руки в стороны, готовясь заключить присутствующих в объятия. – Забылась немножко. Так, кого отлюбить первым? Становимся в очередь! Только за сохранность жизни не отвечаю.

Нафталиновая кошелка и вовсе за сердце схватилась.

– Андрэ, мальчик мой, что ты мне не рассказал об этой девице? Она же истинная темная ведьма. Истинная!!! Это не просто девка с каплей магии в крови и слабым сереньким даром, а ведьма!

– О да! Правильно лепечешь, старушенция. Видишь, какая я уникальная! – Сущность резвилась вовсю.

«Как бы не сдохнуть», – простонала я, боль в животе нарастала. Судорогой сводило пальцы, выламывало руки и ноги в суставах. Хотелось сжаться в комочек и зарыдать.

Тьма становилась гуще, плотнее, словно непробиваемый кокон. Она убаюкивала, жалела. Я ощущала это подсознательно. И от понимания, что я не одна, страх отступал. Кулон на груди то разогревался, то становился холодным как лед. Даже в окружающей меня тьме я видела мерцание голубого камешка.

– Вот как, – старуха оскалилась, – недооценила я тебя, человечка, в прошлый раз. Ну ничего, у нас будет время познакомиться поближе. Темная ты или нет, а зелье свое возьмет.