Его строптивая малышка (СИ)

Это что сейчас такое произошло?

Данил мне не дал?

Этот похотливый кобель отказался заняться со мной сексом?

– В чем дело? – едва сдерживая гнев, спрашиваю я. – Ты же так хотел меня трахнуть! Или тебе было нужно просто доказать мне, что ты можешь это сделать?

Мое самолюбие корчится словно от сорока ножевых. Я же дала понять, что оборона пала!

– Вика, мне неинтересно, когда ты позволяешь себя поиметь, делая при этом вид, что ты – жертва обстоятельств. Я хочу, чтобы бы ты была такая же живая и естественная, как и два месяца назад.

Все так.

Рядом с ним я чувствовала, что мне позволено все, и не хотела терять ни минуты в пустую. Я не только первая попросила его о поцелуе, я откровенно предложила ему себя.

«На старой набережной вдали от кафешек Данил останавливает мотоцикл. Здесь всегда тихо, только по утрам можно встретить молодых мамочек с колясками или матерых пожилых физкультурников, а сейчас вечером пусто, никого нет вокруг.

Мне невыносимо от того, что даже секунду этого вечера Данил тратит не на меня. Я подхожу к нему и, тесно прижимаясь, обнимаю его со спины. На каблуках я могу дотянуться губами до его шеи, и я провожу кончиком языка у него за ухом.

Выбросив сигарету, он разворачивается в моих руках, а я, согнув ногу, коленом веду по его бедру вверх. Моя рука наоборот скользит вниз по ребрам, плоскому животу и ложится на ширинку, где под моей ладонью начинает расти впечатляющий бугор.

Большим пальцем он проводит по моей нижней губе, размазывая помаду. Я не удерживаюсь и слегка прихватываю палец зумами. Дразня, щекочу его языком. Видя, как темнеют его глаза, втягиваю палец в рот. Я никогда так не делала, но с Данилом я хочу позволить себе все.

– Ты ведь этого хочешь, да? – он притягивает меня к себе за талию другой рукой, вдавливая в свое тело. – Не такая уж ты и скромница.

Как он вообще может сравнивать те обстоятельства с нынешней ситуацией?

Тогда мы оба знали, что с наступлением утра мы разойдемся в разные стороны, и все, что было, останется только воспоминанием. Как говорится, что происходит в Вегасе, остается в Вегасе.

А сейчас я на него работаю.