Дурное поведение

– Мы должна были встретиться вчера вечером, но он сказал, что будет помогать отцу, а спустя два часа я увидела у королевы Инстаграма Вики Малиновской это фото. Набрала Гвидону: он подтвердил, что проводит время в её компании.

– И что это значит? Вы расстались? – непонимающе покачала головой.

– Я задала Царёву тот же вопрос… – Лёлька нервно пригладила волосы. – А он ответил: «Мы и не встречались!» Вот так! – подруга громко шмыгнула носом, натягивая очки.

– Даже не знаю, что сказать…

– Ничего не говори.

– Он придурок, и точно не стоит твоих слез…

– Я переживу этот удар судьбы, подружка. Сколько в моей жизни еще будет таких Гвидонов?! Только пока хочется отстрелить ему яйца…

* * *Я вернулась домой поздно вечером. Мы с Олей еще долго болтали обо всем на свете, а потом слушали уличных музыкантом на Арбате. В комнатах братьев горел свет, и я решила спокойно выпить чай в кухне. Настроение было ниже плинтуса.

– Скучно лакомиться сладким в одиночестве… – раздался низкий трескучий голос у самого уха.

От неожиданности я выронила плитку на пол.

– Что тебе надо, Гвидон?!

Правильно говорят, только помяни черта… Средний брат елейно улыбнулся, оттесняя меня в угол.

– Я накаляю атмосферу. Б-у-у-у! – придурковато посмеиваясь, он впился в меня ледяным взглядом таких же, как у Руслана, блестящих черных глаз углей.

Эти братья обладали магнетическим притяжением. Пожалуй, Гвидон был самым привлекательным из четверки. Его дьявольская улыбка, высокие скулы, мягкие линии челюсти и полные губы сразу работали на поражение. Почему жизнь так несправедлива, и кому-то повезло родиться не только с золотой ложкой в заднице, но и отхватить себе внешность кинозвезды?!

Воспользовавшись моим замешательством, красавец прошептал:

– У тебя всё ещё есть шанс провести самую незабываемую ночь в жизни…

– Да пошел ты! – со всей силы треснула его в грудь.

В гробовой тишине, демонстративно не глядя в его сторону, я налила себе чаю. Только новоявленный родственник продолжал действовать на нервы: он уселся напротив, гипнотизируя откровенным взглядом.

– Начинай… – произнес мрачно.

– Что?

– Ну, говори, что я урод, мудак.