Дурное поведение

Заставив себя принять душ и переодеться в чистую одежду, я вышла из комнаты, наткнувшись в коридоре на ту самую домработницу.

– Доброе утро. Руслан до сих пор не вернулся, а мне срочно перед отъездом нужно забрать свою вещь. Вы бы не могли открыть дверь? – на автомате приподняла уголки губ, складывая их в подобие улыбки.

– Простите, но Руслан Иванович строго настрого запретил мне это делать, – высокая нескладная женщина средних лет в идеально отутюженном переднике неуверенно пожала плечами.

– Хорошо.

– Но… вы не можете… – на её раскрасневшемся морщинистом лице проступила гримаса ужаса.

– Это еще почему? Я ведь тоже Царева. Прямо сейчас попрошу отчима вас уволить!

Наши взгляды столкнулись. Сделав судорожный жест подбородком, домработница все-таки засунула руку в карман, выуживая оттуда внушительную связку ключей. Через мгновение я уже стояла на пороге волчьего логова, сама не понимая, что намереваюсь здесь найти. С непреодолимой силой меня тянуло в эту комнату.

Так больно мне не было даже ночью. Маленькое растерзанное чувство стояло на коленях, жалобно умоляя о помиловании, а я все вдыхала и вдыхала этот нечеловеческий запах наслаждения, пытаясь понять, как теперь жить дальше.

Наверное, я просто хотела напоследок взглянуть ему в глаза и сказать: «Вот, посмотри, что ты со мной сделал, но ничего, я справлюсь, я же не овца какая-нибудь… Сам говорил, я молодая сильная волчица… Пусть ты и перегрыз глотку зародышу нашей неокрепшей любви, я найду в себе силы подняться и мягкой танцующей походкой отправляюсь в счастливую жизнь».

Отшвырнув его футболку, я поднялась, направляясь к выходу, но вдруг притормозила, решив прихватить с собой его ноутбук – там наверняка остались грязные видео. Будет гораздо спокойнее начинать новую жизнь, если через несколько часов эта железяка окажется на дне Сены.

Оглядевшись, постаралась выхватить компьютер взглядом, но ни на письменном столе, ни на тумбочках его не оказалось. Внимание привлекла небольшая спортивная сумка возле кровати. Заглянув внутрь, я почувствовала, как в горле застыл немой крик. Ладони покрылись испариной, стоило столкнуться взглядом с пустыми немигающими глазами Бабы Яги.

Маска лежала на дне сумки.