Дурная примета

Маша, сделай красиво!

Я, как дурочка, хлопаю глазами, пока девушка, стриженая под «ежик», под белые ручки ведет меня в раковине.

- Ольга Сергеевна… - только и получается беспомощно пролепетать напоследок.

- Наслаждайся, Яна, а мы с Олюсиком пока Детский Мир грабанем.

Меня даже не спрашивают, как постригать. Делают удлиненное каре, а затем наносят на волосы какую-то маску.

- Для чего она?

- Увидишь, лапуль, - подмигивает девушка Лана, - у тебя и так волосы шикарные, а после нее будут блестеть, как соплями намазанные!

Я прыскаю со смеху.

К концу процедуры появляются Оля с бабушкой и перепроводят меня в другой кабинет. Косметологический.

После массажа лица и маски следуют эпиляция, а уж потом забег по бутикам и кафе.

В итоге до дома мы добираемся уже в семь часом. Обе уставшие, особенно дочка, лишенная дневного сна.

Но довольные.

Мне неожиданно понравилось. Поначалу я напрягалась, пыталась донести до Ольги Сергеевны, что ни к чему мне столько дорогой одежды, но потом махнула рукой.

Она как танк, если решила что-то, прет напролом. И к тому же, она словила с этого шопинга кайф едва ли не больший, чем я сама. Надо было видеть, как загорались ее глаза, когда я выходила из примерочной  в очередной кофточке или юбочке.

У нее безупречный вкус и наметанный глаз, она слету определяла, что на меня сядет, а что даже и мерить не стоит.

- Такую попу прятать грех, милая моя, - изрекла она, когда я явилась перед ней в обтягивающем, как вторая кожа, синем платье, - берем!

Она купила его.

А я приняла, но клятвенно обещала себе, что когда-нибудь отблагодарю ее.

Глава 16

Отражение в зеркале мне нравится. Вроде бы, я, а вроде – и не я.

Странно.

Поворачиваюсь в профиль, любуясь глянцевым переливом моих волос. Так красиво. Даже глаза ярче стали.

Что там Ольга Сергеевна про мою попу говорила?

Отойдя от зеркала, поворачиваюсь задом и выворачиваю голову так, что шейные позвонки хрустят.

Хм, задница, как задница. Ну, округлая, упругая, и что?..

Мира тоже постоянно сетовала: «вот бы мне такую попу…», будто у нее хуже.

Накормив и искупав Олю, укладываю ее спать, а сама еще долго перебираю свои обновки. У меня сроду таких вещей не было. Мама меня не баловала.

Бывало, что в одной юбке в школе по два года ходила, и цветные заплаты на локти свитера сама себе пришивала.

Потом научилась вязать.