Дракон с подарком

Я подняла руку, погладила его по плечу. И Крис замер. Покосился, пристально изучая белеющие на плотной ткани пальцы. Словно боялся спугнуть недоверчивую маленькую птичку.

Хотела отдернуть ладонь, но он накрыл ее своей. Переплетая пальцы.

— Поэтому… я решил поговорить с тобой о… Хм, Кати, ты… впервые меня касаешься сама, без серьезной причины, — негромко сказал он. — А теперь ответь мне честно… ты не испугалась преследования королевы? Не хочешь разорвать наши договоренности?"

"— С чего это? — обиделась я.

 — Разве я похожа на того, кто предает друга в сложной ситуации? После марахона мы серьезно займемся твоей магией и попробуем ее стабилизировать. Стоп. Или ты сам хотел меня бросить?! Вот сейчас поподробнее, — я добавила в голос патетики. — Ты что собирался уничтожить все, что между нами было? Оставить меня одну, на поругание сплетницам? Как ты мог, возлюбленный мой?!

— Эй-эй, признаюсь, была такая мысль ради твоей безопасности, сердце мое, — медленно проговорил Криспиан и наклонил голову, чтобы посмотреть в мои глаза.

 — Но сейчас я решительно передумал. По друзьям тетушка все равно пройдется, и по бывшим девушкам тоже. Ты права — разрыв не выход. Лучше держать тебя рядом, под крылом.

Он придвинулся ближе. Темные зрачки искрились, и, хотя красных сполохов в них не было, выглядели они все равно не вполне по-человечески — слишком много глубоких, сверкающих переливов.

Касаться руками было… волнующе. Мы не двигались, только смотрели друг на друга сквозь застывший воздух, оба напряженные и одновременно изображающие, что ничего особенного не происходит.

Не знаю как Крису, а мне вдруг стало страшно. Словно прямо сейчас, медленно и неотвратимо открывался люк с моим спрятанным в глубине сердцем. Беззащитным, ранимым, в белесых, рваных шрамах от прежней попытки вот так же открыться. Дурацкое, смешное, наивное сердце девчонки, которая когда-то ахала в восхищении при виде невест в белых платьях, придумывала имена будущим детям и мечтала выйти — один раз в жизни.

Чтобы любовь — навсегда! Чтобы нежность и доверие — на всю жизнь. Чтобы принимали меня какая есть и обожали каждую клеточку, каждый ноготок. А я была готова обожать в ответ. Беззаветно.

Глупая? Да все мы такие глупые, пока не обожжемся, не сгорим до жесткого угля.

В другом мире у той, влюбленной фантазерки, которой я была, появился жених, веселый и обаятельный красавец.