Дочка от отца бывшего (СИ)

Ведь та никак не реагировала и сидела в прострации.

- Дуся, привет. А мама где?

Платон не дождался ответа и, видимо, решил заглянуть так. Отмираю.

- Я тут.

Мужчина шагает вглубь наших апартаментов. На нем темная футболка, серые тренировочные штаны. Наверно, он давно готов к ужину.

- Вы есть идете? - вот и голос звучит немного удивленно.

А особенно его брови подскакивают, когда он видит меня на полу. Встаю на ноги, поправляю длинный сарафан.

- Да, конечно.

То есть мы все же остаемся? Или только на время? Не могу понять, какое я приняла решение.

Наверное, муки выбора отражаются на моем лице. Потому что в него так и впивается пристальный взгляд Платона.

- Кать, всё в порядке?

Ух! Шумно выдыхаю, кручу головой.

- Мне звонят и угрожают!

Филатов даже делает шаг назад. Он мог ожидать каких-то женских глупостей или новый привет от моей интуиции. Но явно не такое.

- Так, иди-ка сюда.

Он берет меня за запястье, спокойно и без какого-то трепета. Шагает к бывшему дивану Даниила.

- А теперь по порядку, - просит он.

Мы не говорили прямо и откровенно о той ночи между нами. Платон лишь намекнул, что помнит и не будет строить козни мне и Дане. Хоть эта интрига уже в прошлом, мне трудно начать именно с тех времен. Так что говорю о самом свежем звонке.

- Когда Дуня проснулась, мне позвонили. Мужчина. Его требование - мой уход из вашего особняка.

- Кто он?!

Хотелось бы знать.

- Понятия не имею. Мне… Мне звонили и раньше. Я испугалась.

- А тогда что требовал незнакомец?

Я сглатываю.

- Он хотел, чтобы я больше не писала и не звонила вам.

Мои ресницы опущены, но я все равно вижу, как дернулся Филатов. Кажется, даже отодвинулся подальше. Что если он сам сейчас погонит нас? Не захочет связываться с психом? Платон кажется мне человеком не робкого десятка, но насколько я его узнала…

- И что ты ответила ему тогда?

Тут я пожимаю плечами.

- Да ничего конкретно, просила оставить меня в покое. А после у него не было поводов мне звонить. Всё изменилось сейчас.

Мне больше нечего сказать о прошлом, Платон тоже не углубляется в те времена. А что тут сказать? Наши дороги и так разошлись естественным путем.

- Какой там номер? - Филатов переходит к делу.

- Он не определяется. Каждый раз новый набор цифр, а позже этот номер не доступен.