Дневник графомана

Вот эту мысль надо последовательно проводить."

"Еще ведь, кроме того, должны быть завитушки. Пейзаж, Небо и Стихия – как органическая среда, в которой совершается подвиг.

Учиться у Гюго.  Так сказать, «Труженики Неба».

Помимо собственно разрушения двигателя, пожара, отказа управления и предотвращения падения самолета, еще должны быть конкретные опасности, с которыми придется столкнуться – и обязательно преодолеть.

28.10.

Составил более подробный план книги, но все  равно еще не полный. По мере осмысления буду дополнять.

Написал сцену в штурманской: картина развала.

Привел пример смелого рывка лидера через стронувшийся лед на реке. Это вроде как лейтмотив: не ждать, не тянуть время, не складывать руки, а – смело навстречу неизвестности! Мой герой, в противовес иркутянам, борется и побеждает.

Открываю Гюго: многословие. Открываю Драйзера: портреты… тоже болтовня. В этом плане мне ближе Шукшин: кратко и емко. Но – диалоги…

Открываю Астафьева… тоже многа букафф… Нынешнему молодому читателю некогда вникать.

Собственно, и у Донцовой одни голимые диалоги.

Надо быть увереннее в себе и писать не так, как учат, а как мне хочется, как само льется. А уверенности все нет. Очень, ну очень тугой, корявый язык, явно не художественный.

29.10.

Все отделываю и шлифую концовку. Как удивительно: ничего в своей жизни я так тщательно не шлифовал, как тексты своих книг. Даже полеты: на шлифовку техники пилотирования я тратил меньше души.

Как мне не хватает богатства языка! Кажется, много ведь читал и читаю. А ремесла, навыков и интуиции использования словарного запаса, – не хватает. Поэтому я никогда не стану художником. Так, ремесленником…

Это как те наивные люди, которые считают, что можно научиться «играть на музыке», даже не имея музыкального слуха  – путем зубрежки.

Интуиция помогает писать сердцем. А потом холодный разум шлифует и полирует,  и снова проверяю сердцем: цепляет или нет. Иногда цепляет… но это – лишь вызубренная до блеска музыкальная фраза.

Но этот процесс творчества как-то вливает в меня бодрость и новые силы.

А мне предлагается идти в контору и работать за кусок хлеба, а потом догнивать.