Девочка Эмина

Ее глаза полны отчаяния, а мои — слез.

— Лучше бы я в Москву ехала! Лучше бы Басманову досталась!

— Не говори так. Ты не знаешь Басмановых. Это сыновья Эльдара, двоюродного брата Булата. Твоего дяди получается. Вероятно, он захотел тебя в жены для своего приемного сына Давида.

Я позволяю маме подойти. Она наклоняет мою голову назад и осторожно смывает шампунь с волос. Бережно вытирает волосы белым полотенцем, наносит бальзам. Мама до сих пор любила ухаживать за мной."

"— Может, все к лучшему. Если бы не Эмин и не эти… следы, — мама запинается, — Булат выдал бы тебя замуж за Давида.

— Мама, ты обо мне как о товаре говоришь.

— Детка, я живу в этом мире много лет. Я привыкла. Знаешь, Диана, в нашем с тобой случае остается выбирать лучшее из зол. Эмина ты уже знаешь, а вот Давида — нет. Поверь, Басмановы совсем безбашенные. Что они творят в Москве… ты бы только знала. Первый сын Эльдара — Рустам, о нем ходят жуткие слухи. Говорят, сестру его обесчестили. Полюбила Карина мальчишку, так Рустам убил его.

— А в Волгограде об Эмине ходят слухи. Есть разница, мама?

Поднимаю взгляд. Мама свой отводит. Тяжело вздыхает.

— Я решила родить тебя, несмотря ни на что. И ни разу об этом не пожалела.

— Спасибо. Ты напомнила мне о том, что мой биологический отец — псих и убийца.

— Диана!

Замолкаю. Мама тоже на взводе.

— Без тебя моя жизнь потеряла смысл. Но теперь все иначе, детка. Вместе мы справимся.

Она смотрит на следы на моей коже и сильно сомневается в этом. Вижу ее взгляд.

Наш разговор прерывает деликатный стук.

— Госпожа Шах…

— Войди, Мария.

Девушка в длинном черном платье выглядела взволнованной. Прислуга?

— Мам, почему тебя называют госпожой Шах?

— О, детка… Разве меня спрашивают, хочу ли я быть женой жестокого психа?

Мама смахивает слезы. Смывает бальзам с моих волос.

И тогда Мария дрогнувшим голосом сообщает:

— Там внизу… Внизу Эмин Булатович! Он приехал не один.

Глава 16

Эмин

— Наконец-то ты вернулся, сын! Как прошла твоя командировка?

Моего отца в этой жизни мало что могло удивить.

А когда удивляло — его голос выдавал напускные эмоции.

Вот и сейчас, стоя под прицелами с десяток оружия, Булат улыбнулся. Вечно недовольный — улыбнулся.