Девочка Эмина

Может, причиной стала снесенная голова, которую ты отправил Давиду в качестве подарка? Кто сунется после такого… — хмыкает Альберт.

Что?..

Я сдерживаю крик. Глушу его в себе, хотя колени едва меня держат.

И Эмин сразу это улавливает. Он сжимает меня крепче и заставляет стоять с таким же каменным лицом, как и его.

— Язык за зубами при моей жене держи, — только голос выдает его ярость.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Диана знает, за кем она замужем.

Точно Смертник…

— Я тебя сейчас убью, — мрачно заключает Эмин, — это предупреждение."

"— Послушай, — подбирается Альберт, — когда Басмановы нападут, тебе придется спрятать Диану у меня. С человеком без постоянного места жительства всегда надежнее, тебе ли не знать?

— Слышишь ты, скиталец чертов, — распаляется Эмин, — ты считаешь, что я буду с тобой союзничать?

— Да, — невозмутимый ответ, — одному тебе не справиться против четырех сильнейших игроков.

«Анархист, Эльдар и его сыновья…», — проносится у меня в голове.

— Забудь. О моей. Жене, — цедит Эмин по слогам.

— Я желаю ей только добра, — ощетинился Альберт, — а вот на что обрекаешь ее ты? На ненависть? Ты ведь даже брак заключил, потому что так Анархист сказал!

— Много ты понимаешь, ублюдок, — в голосе Эмина прорезается горечь.

А дальше происходит то, от чего на глазах вновь появляются слезы. И боль возвращается. И страх.

Эмин отводит меня в сторону — буквально толкает назад, подальше от себя, и тотчас же набрасывается на Альберта.

Я шумно выдыхаю, а они падают навзничь — на холодный асфальт падают, перекатываются и ударяются, замахиваются и бьют.

Жестко, грубо, взросло.

Больно, жадно, кровопролитно.

Насмерть бьются. Вновь. Повторно.

— Зачем ты стрелял в Булата?! — рычит Эмин.

И придавливает Альберта к асфальту.

— Ты придурок! — хрипит Смертник, — я его не трогал!

И тут же перекатывается, в один миг подминая Эмина под себя.

В этот раз их силы равны, ведь Смертник готовился к такому исходу. Он готовился к безумному Эмину.

— Убью! И если к ней еще раз подойдешь, убью, — хрипит Эмин.

И впивается руками в шею Смертника, начиная его душить. Пальцами впивается, до хруста. Он свирепо душит противника до хрипов, пока мужские тела вновь не начинают перекатываться.

Они избивают друг друга, а я не нахожу себе места. Ноги не держат меня, и я приседаю на корточки, сминая тонкую ткань платья.