Четвертое крыло

 — Вы знаете о драконах больше, чем кто-либо другой в квадранте и, возможно, на всем континенте. Они выбирают силу и проницательность.

— Они выбирают по причинам, которыми не считают нужным делиться с нами, — профессор оттолкнулся на стуле. — Сила не обязательно должна быть физической, Вайолет.

Я просто кивнула, потому что не могла найти подходящих слов в ответ на его неприкрытую лесть… пусть и вызванную благими намерениями. И направилась к Рианнон, чтобы наконец выйти из класса вместе. Наверняка я знала только одно: сострадание точно не поможет мне во время спарринга.

* * *Я так нервничала, что меня затошнило еще до собственного боя, когда я стояла на краю широкого черного мата и смотрела, как Рианнон выбивает дерьмо из своего соперника. Это был не слишком ловкий парень из Второго крыла, и ей почти не потребовалось времени, чтобы взять его в захват, перекрыв доступ воздуха. Именно этому приему она изо всех сил пыталась обучить меня в последние пару недель.

— У нее так легко получается, — сказала я Даину, который стоял совсем рядом, касаясь своим локтем моего.

— Он попытается убить тебя.

— Что? — я подняла глаза и проследила за направлением взгляда Даина. Через два мата от нас.

Даин зло смотрел на Ксейдена. На лице у того застыло выражение откровенной скуки, а Рианнон тем временем все крепче сжимала шею первогодка из Второго крыла.

— Твой противник, — тихо проговорил Даин. — Я подслушал его и нескольких его друзей. Барлоу убедил их, что ты помеха для крыла.

Его взгляд переключился на Орена, который рассматривал меня, как игрушку, которую собирался сломать.

Но в цвете его лица прослеживался некий зеленоватый оттенок, который заставил меня ухмыльнуться.

— Со мной все будет в порядке, — повторила я, потому что это моя гребаная мантра.

Я сняла все, кроме жилета из драконьей чешуи, который уже стал казаться мне второй кожей, и боевого облачения. Все четыре моих кинжала лежали в ножнах, и если план сработает, то скоро в моей коллекции появится еще один.

Первокурсник из Второго крыла потерял сознание, и Рианнон победно поднялась на ноги под наши аплодисменты.

— Похоже, теперь он мой. Приятных снов.

Она погладила лежащего парня по голове, и я рассмеялась.

— Не понимаю, чему ты радуешься, Сорренгейл, — раздался позади меня насмешливый голос.

Я обернулась и увидела Джека, который широко расставив ноги стоял у стены, обшитой деревом, примерно в десяти футах от меня.