Четвертое крыло

* * *— Какая ты, блин, стремная, — поежился Ридок через два часа, отстраняясь от Квинн — вернее, астральной формы Квинн. Ее тело сейчас находилось под охраной Хитона в тренажерке.

Все остальные крались по коридорам мимо квадранта целителей. Мы уже наткнулись на отряд из Второго и другой — из Третьего, но времени на расспросы или стычки ни у кого не нашлось.

Теперь для нас было состояние пан или пропал — последние два часа мы дожидались, пока наступит ночь, чтобы получить хотя бы малейший шанс.

— Никогда не заходил дальше, — сказал Эмери у последней двери в квадранте целителей.

— Никогда не был даже в библиотеке? — спросила Имоджен.

— Бегу от этих дежурств как от чумы, — ответил Эмери. — Писцы меня пугают. Молчаливые, все знают, ходят с таким видом, будто могут тебе всю жизнь сломать, только что-то настрочив.

Я ухмыльнулась. Большинство и не подозревает, насколько он прав.

— Пехота все еще в лагере, — Рианнон показала в окно на десятки костров, озаряющих поле под нами.

— Неплохо им, наверное, отдыхается, — заметила Надин, но я не услышала уже привычного заносчивого тона — только ту же усталость, которую, наверное, чувствовали мы все. — Писцы на лето разъедутся по домам. Целители проводят выходные в храмах здоровья духа и тела, а пехота, может, и спит под снегом посреди зимы, но хотя бы у костра.

— Мы тоже поедем домой, — возразила Имоджен.

— После выпуска, — сказала Рианнон. — И на сколько? На пару дней?

Мы дошли до развилки, на которой могли либо свернуть в туннель вниз, к библиотеке, либо подняться в крепость военной академии.

— Теперь пути назад нет, — сказала я всем, глядя на винтовую лестницу, по которой поднималась так часто, что знала каждую ступеньку как родную.

— Веди! — приказала Квинн — и мы подскочили от неожиданности.

— Тссс! — прошипела Имоджен. — Кое-кого из нас могут и поймать.

— Точно. Простите, — пристыженно поморщилась Квинн.

— Только помните план, — прошептала я. — Никому от него не отклоняться.

Все кивнули — и мы приступили к бесшумному подъему по темной лестнице, а потом в тенях пересекли каменный плац Басгиата.

«Сейчас бы Ксейден пригодился».

«Ты и сама справляешься», — подбодрила Андарна беззаботным голосом.

Серьезно, ее ничем не проймешь. Самый бесстрашный подросток, что я встречала — а ведь я выросла с Мирой.

— Шесть пролетов наверх, — прошептала я у следующей лестницы, и мы поспешили насколько могли, не поднимая шума.