После развода. Бывшая любимая жена

«А помнишь, как мы?» И тогда вроде попускалр, но сейчас я, оглядываясь назад, понимаю, что все это дерьмо, и трезвым взглядом рассматривая свою супругу я не хочу, чтобы моя дочь жила так. Нет, меня это не устраивает. Ну, не устраивает хотя бы по той простой причине, что для своих трех Маша слишком много знает о взрослом мире, но слишком мало знает о жизни.

Я хмыкнул, понимая, к чему вёл Родион.

— И поэтому я думаю, что это лучший вариант, я не говорю, что запрет на общение или ещё что-то, пожалуйста, пусть общается, но Маша останется со мной.

— Ты верно рассуждаешь, — произнёс я и на перекрёстке ушёл в сторону больницы. Я не знал, что хотел сказать Родион Назару. Я не знал, что он собирался сделать, но когда мы оказались в коридоре картинка была практически несменяемой, и от этого только болезненней.

Назар сидел как побитый пёс на скамейке.

Родион, опередив меня, стартанул к брату и, подлетая, хлопнул со всей силы по плечу.

— Ну ты чего, — произнёс младший, глядя на старшего с каким-то изумлением и удивлением.

— А ты что здесь? — Произнёс Назар, и я остановился, не доходя до них.

— В смысле, что я здесь, у тебя жена после родов. Ребёнок в неонатологии. А я что, не должен приехать?

— Ты же… — Назар качнул головой и как будто бы не веря в то, что увидел.

— Ну я же и че? — Фыркнул Родион и, толкнув брата, стал усаживаться рядом.

— Ты же теперь все знаешь.

— Ну и что? Что у неё на лбу было написано, что она моя невеста или как?

Я потёр кончиками пальцев щетину.

— И вообще, ты что-то излишне дурак сентиментальный, такое чувство, как будто бы ты не не невесту мою зажимал, а как минимум дочь родную, ты чего?

Назар неверяще глядел на Родиона, а я понимал, что это единственные, наверное, правильные слова.

— Хорош здесь сопли распускать. Тебе Софку надо вытаскивать, а ты здесь сидишь, ноешь, ещё на меня, смотришь как на врага народа.

— Это же твоя жена, — заметил Назар, и Родион со всей силы долбанул кулаком Назара в плечо.

— А твоя жена сейчас в реанимации. Так что давай не будем здесь… Было такое много лет назад, что теперь мне тебя на распятие подвесить? Тогда ты будешь счастлив, что свою вину искупил?

— Я…

— Ну что ты, что ты?

Младший тяжело вздохнул и качнул головой.