Что-то в большом городе (СИ)

И теперь ее пальцы скользили по его спине, по позвоночной впадине. И его напряженный член вжимался в мягкий женский живот. А она начала ерзать, давая понять, что хочет, чтобы он прижимался не к ее животу, а был внутри.

Между ними все происходит достаточно быстро. Может быть, слишком быстро. С одной стороны, они двое взрослых людей, которые знают, чего хотят от секса. А с другой… Герман вдруг вспомнил свою фразу «Ladies first». И ответ Марьяны.

Он четко понял, что хочет увидеть ее оргазм. Несмотря на все свое практически подростковое и даже отчасти уже болезненное возбуждение.

Чтобы увидеть ее оргазм.

Пришло время десерта.

Он прижал Марьяну к себе совсем крепко – чтобы ощутить ее всю. И чтобы она ощутила его всего. И прошептал на ухо:

– От чего ты кончаешь?

– Что? – после прерывистого вздоха отозвалась она. Герман чувствовал, как Марьяна мелко дрожит в его руках, и это было сладко.

– От чего ты кончала в последний раз? Какие прикосновения, где, какая поза? Я хочу, чтобы ты кончила со мной.

Он говорил и не верил. Что это говорит он сам. Что вот так прямо говорит о том, что его никогда в принципе не волновало. А сейчас, с этой женщиной, что-то вдруг принципиально поменялось.

Марьяна молчала, часто дыша, и все так же мелко подрагивала в его руках.

– Эй… – он коснулся пальцами ее подбородка.

– Вагинальные шарики, – раздался тихий ответ.

– Что?!

– Подруга подарила на день рождения, – так же тихо отозвалась Марьяна, не поднимая головы. – Умные вагинальные шарики. Последний раз был с ними.

Вот короткого, но совершенно неприличного, неуместного в данных обстоятельствах приступа смеха Герман от себя совершенно точно не ожидал.

– Слушай, у меня, конечно, есть пара шариков. Но в их интеллектуальном потенциале, я, если честно, сомневаюсь.

А теперь прыснула она, уткнувшись лицом в его плечо.

Смех и возбуждение – это совершенно новый для Германа коктейль. Наверное, именно поэтому голова отказывает ему окончательно.