Брак по принуждению

Лорд Нельсон платит слишком мало, а с его болезнью они испугались, что и вовсе перестанет платить.

Я крепче сжала белый конверт, не понимая, что там. Может, требование Ульриха о выплате ему задолженности.

- Ты хочешь уйти?

Еще одно огромное потрясение. Я снова почувствовала, что от обиды и горечи подступают слезы. Какой же я оказалась слабой, против всех навалившихся проблем."

"- Что вы? – воскликнул он, взяв меня за локоть, но после быстро убрав руку. – Леди Николь, я собрал небольшую сумму за годы служения у вас.

Губы дворецкого начали трястись, по морщинистым щекам все же потекли слезы. Он упер свои глаза в пол.

- Но я могу оплатить штат прислуги, на время, чтобы вашему отцу было легче, и вам было легче. Чтобы ваш папа последние дни провел спокойно. Он очень хороший человек. Но такой упрямый. Не примет. Но вы примете!

Он наконец поднял глаза и посмотрел на меня с такой верой. Что я растерялась, не зная, что ответить.

- Я ведь всего лишь слуга, и не имею право говорить таких слов. Но вы всегда были моей единственной семьей.

Ульрих снова потупил глаза. Он был старше моего отца на десяток лет. Как дедушка, который всегда был рядом. Который молчал, когда нужно. Скрывал мои детские шалости. Понимал с полуслова и, как тень, помогал в исполнении каждого моего плана.

Отец часто проводил вечера в копании нашего дворецкого, он ругал промышленные газеты, а Ульрих с ним соглашался, подливая папе чай.

Вспомнила слова о достойных людях, которые говорил Дэйрон. И вспомнила, что говорила ему в ответ.

Я сделала шаг вперед и обняла Ульриха, тот замер.

- Ты всегда был частью семьи, – уверенно сказала я, а после отступила и улыбнулась.

Я была совершенно слепой до этого дня. Но теперь открыла глаза и все будет по-другому.

Глава 30

Дэйрон

Я поставил подпись без малейших сомнений. Сорн проверил все бумаги, и тянуть смысла не было.

Николь сильно волновалась, когда я взял в руки перо, казалось, не верила до последнего, что я это сделаю.

Как только лекари получили чек, они приступили к лечению. Больше всего я боялся реакции Адама, который мог упереться и не принять помощи. Но в этот раз отец Николь принял ее на удивление спокойно. Должно быть, большую роль сыграло его состояние.