Боярышня Дуняша 2

— Ещё долго… поскорее бы, а мы сейчас только золотом шьём…

Знакомая не договорила, так как её опустили на крыльцо и она, ещё раз махнув рукой Дуне, поспешила внутрь.

— Семён, ты где? — Дуня закрутила головой. — Тебя на женскую половину не пустят. Гришенька будет ждать меня здесь, а ты… не знаю. Езжай домой, что ли.

— Я тоже подожду.

— Но это долго…

— Подожду.

Дуня пожала плечами:

— Поступай как считаешь нужным, — и взбежала по ступенькам, чтобы исчезнуть за тяжелыми дверями женской половины.

— Дуняша! Куда ты пропала? — такими словами встретила её Мария Борисовна.

— Так я же…

— Сегодня Иван Васильевич представит тебя боярской думе, как составителя проекта будущего строительства и наградит.

— Как? Но я же… как же… да что же…

— Ну что ты зажужжала, как пчела! — рассмеялась княгиня и тут Дуня увидела выемку между её зубов. Совсем небольшую, но уже заметную. Раньше этого не было! Правда, ей раньше не доводилось стоять напротив княгини, и чтобы та смеялась, показывая зубы. Они всё чаще бок о бок рассматривали рисунки, но как можно было так испортить зубы?

— Мария Борисовна, милая и славная! — воскликнула Дуня.

— Что? — растерялась княгиня.

— Я говорю, что многие рукодельницы тянут нить меж зубов, чтобы она не путалась и вообще… Я не мастерица, но видела, что так многие делают.

— И я так делаю.

— Только, похоже, ты не учла, что золотая нить не сравнится с простой. Ты же себе зубы сточила! Неужели в отражении не видела?

— Сточила?

Княгиня метнулась к начищенному серебряному подносу и принялась рассматривать себя, но изображение там было специфическим, и тогда Дуня схватила первый попавшийся свиток, повернула его неисписанной стороной к себе и угольком в несколько штрихов нарисовала контур лица княгини, а на зубах поставила точку.

— Ты такая утонченная, зубки у тебя ровненькие и беленькие, но теперь там эта дурацкая выемка!

Мария Борисовне посмотрела на стоявшую рядом Наталию, и та озабоченно кивнула.

— Совсем махонькая, но есть, — подтвердила она.

— Что же делать?

— Тщательно чистить зубы, но это ты и так делаешь. Иначе бы там застревала пища. И боле не тянуть в рот ничего лишнего, — строго наставляла Дуня и княгиня грустно улыбнулась.

— И не портила бы ты кожу белилами, — не удержалась она. — Говорят, что туда толченые косточки мёртвых крыс подмешивают, а какая от мертвечины может быть красота?

— Раньше ты рассказывала, что там есть вредные вещества, — укоризненно произнесла Мария Борисовна.