Боярышня Дуняша 2

— И в кого ты такая перечливая? — привычно рассердилась Милослава и демонстративно повернулась к старшей дочери.

— Машка, не сдавайся! — со смехом закричала Дуня, но боярыня показала ей на скинутую шубу и жестом велела выметаться.

— Машуль, ты без этой гадости красавица, — заглядывая в глаза сестры, попыталась убедить её Дуняшка, но увидев колебания, пожала плечами и ретировалась.

Машина влюбленность сидела у неё в печенках. Постоянные разговоры о выборе мужа, обсуждение парней, подготовка к семейной жизни… всё это здорово, но ужасно однобоко.

К сожалению, Дуня могла только оказать поддержку, но не направить. Подталкивать сестру к домашнему бунту и настаивать на том, что та зациклилась, она опасалась.

Дуняша вышла во двор и посмотрела, чем занят Афанасий. Боярин пользовался костылями и ловко передвигался, стараясь использовать каждую минутку для движения, соглашаясь с рекомендациями маленькой Дорониной.

— Через седмицу можно уже снять гипс с левой ноги, а правую я бы пока поберегла, — обрадовала она его и бросила взгляд на дверь. Дуня ждала выхода Маши.

— Поскорее бы, — не удержав улыбки, воскликнул Афанасий.

— А? Да, — чуть отвлекшись, девочка не сразу сообразила, чему он радуется. — Надо будет купить полотна и сшить тебе штаны.

Афанасий помрачнел. Денег у него было мало, как и у Дорониных. Только Вячеслав надеялся выгодно сбыть поделки своих крестьян, а Афанасию не на что было рассчитывать.

Во двор вышла принаряженная Маша и остановилась. Все потихоньку начали оборачиваться, улыбаться ей, а кто-то выдохнул:

— Экая красавица!

Маша и впрямь была хороша: толстая коса с вплетёнными жемчугами и украшенная расшитым венчиком, делала её старше. Теперь Машу можно было сравнить с бутончиком, который через год-другой расцветёт и поразит всех своей красотой.

Дуня отвернулась и наткнулась на взгляд отца. Он решил, что она расстроилась из-за того, что никто не заметил, что она тоже переоделась, а всё внимание досталось Маше. Подмигнул ей и потянулся за снежком, зная, что Дуняшка всегда рада веселью, но дочка показала на новенькую шубу и наставительно произнесла:

— Невместно!

Вячеслав насмешливо выгнул бровь и запустил снежок в крутящегося рядом сынишку.