Блуд

И только теперь я вздрогнула, осознав, что внезапно снова оказалась перед ним практически полностью обнаженной. Если не считать тоненькие кружевные трусики и веревку у меня в руках.

- Саша, сделай это, - повторил Блуд каким-то болезненным хрипом, - и я обещаю тебе больше не приближаться.

Я не уверена, что поверила его обещанию. Все же, насколько успела узнать брата за последние дни - с него станется отменить свое обещание. Но, кажется, я зачем-то согласилась это сделать и так же молча, лишь мельком заглянув в его черные глаза, взяла его за руку и повела к кровати.

Но когда он, такой огромный, сильный и недосягаемый, послушно опустился на кровать и, поняв мои намерения, подставил свои запястья, чтобы я смогла привязать их к тому самому металлическому подголовнику, поняла только одно - что мысль о том, что это может быть наш последний раз, отравила мое сердце.

Не умею вязать узлы, но сделала все, что смогла. При том, что в этот момент мои руки нещадно дрожали, старалась двигаться уверенно и спокойно.

Справиться со страхом.

Заставить его разочароваться...

Он молчал. Но даже слепой мог почувствовать, насколько напряжена в данный момент каждая восхитительная мышца на его теле. Привязав вторую его огромную руку, поставила колено на кровать и следующее мгновение уже опустилась чуть ниже его пряжки на ремне.

Позже я с сожалением думала, что могла бы уйти. Просто привязать его и уйти. Но я не ушла. Могла бы выбрать жесткое наказание, любое, из доступных в соседнем помещении. Но не выбрала. Эти слова: «Заставь меня разочароваться». Его обещание больше никогда не подходить ко мне и оставить меня в покое. Я думала, что боялась его. Но по правде, мне стало на самом деле страшно, когда он сказал, что уйдет из моей жизни.

Я могла бы отомстить. За его приказы. За его грубое обращение. За его поступок в джакузи. За все.

Он потребовал победить его. И в этот момент, когда я сидела на нем сверху, в одних трусиках, чувствуя, как сильно затвердели соски на моей груди, видя его невозможный горячий взгляд и осознавая при этом, как сильно Блуд сдерживается. Я бы не удивилась узнать, что это тоже впервые в его жизни, когда он кому-то позволил управлять собой. Пусть на минуту. На долю минуты.