Блейз Уиндхем

"

"— Я прибыла ко двору по особому повелению короля, мадам. Иначе меня бы здесь не было.

Королева кивнула.

— Тогда говорите, леди Уиндхем, — позволила она.

— Король просил меня быть посредницей в разговоре с вами, хотя я и объяснила, что это не мое дело, мадам. По мнению короля, я нравлюсь вам, ибо в свое время вела себя отнюдь не вызывающе. Он уверен, что вы по крайней мере выслушаете меня и, может, слова женщины тронут вас.

Губы Екатерины сжались, превратившись в узкую линию. На мгновение она закрыла глаза, и спазм боли исказил ее черты.

— Вам незачем выслушивать все это, ваше величество, — прошипел со своего места священник. — Прогоните дерзкую тварь. Ее самонадеянность непростительна.

— Где ваше милосердие, отец Йорге? — спросила королева, открыв глаза. — Леди Уиндхем буквально вытащили из дома, оторвали от семьи — ради того, чтобы вовлечь в дело, которое ее не касается. Но если я не выслушаю ее, муж открыто и во всеуслышание будет жаловаться на мое безрассудство. Леди Уиндхем, я позволю вам говорить, но не надейтесь, что ваши слова тронут меня.

— Мадам, — начала Блейз, — вам лучше, чем кому-либо другому, известно, что у короля должен быть наследник, — она понемногу начинала понимать, как упрямство Екатерины приводило Гэла в отчаяние.

— Я подарила королю наследника в лице нашей дочери, принцессы Мэри, — возразила Екатерина.

— Но у короля должен быть сын, мадам. Вы можете подарить ему сына?

— Я подарила ему трех сыновей и еще двух дочерей, — напомнила королева. — Разве я виновата, что Бог отнял их у нас? Я всего лишь смиренная слуга Божия, и не мне понимать Его намерения!

— Тем не менее у короля нет законного наследника, а он должен быть. Принцесса Мэри не сможет править Англией в одиночку.

Народ не примет чужака как своего короля — это невозможно, мадам. Следовательно, у короля должен быть законный сын, будущий правитель Англии. Как вы можете отказывать ему в этом, если, как говорите, искренне любите его? — мягко закончила Блейз.

— Моя мать, королева Кастильская, правила своей страной сама! — воскликнула Екатерина.