Благородство и страсть

В этом не было ничего необычного, но все же что-то в их поведении смущало Мэтью. Присмотревшись получше, он увидел между деревьями светло-зеленое платье. Охранники стояли к нему спинами и поэтому не заметили его приближения.

Но что там делает эта женщина?"

"Мэтью жестом приказал Вулфраму остановиться. Монкс и Файли были полностью поглощены своим занятием и ни на что не обращали внимания. То, что Мэтью услышал, заставило его похолодеть.

– По-другому, детка, тебе отсюда не вырваться. Ты уж нам поверь. Можешь дать нам сейчас, а можешь и после его светлости.

Чем предупредительнее становится убийца, тем больше вероятность того, что убийство будет совершено, подумал про себя Мэтью.

– Сначала я. – Файли подошел почти вплотную к девушке и прижал ее к стене дома. – И прямо сейчас. Я не хочу долго ждать. Свой шанс я не упущу.

– Но поверьте, вы ошибаетесь. Я вдова, а вовсе не… шлюха.

Мэтью не видел миссис Паджет, но прекрасно слышал ее голос. Она старалась говорить твердо и убедительно.

Монкс противно захихикал:

– Все хорошенькие девчушки – проститутки. Если даже ты такой раньше и не была, мы научим тебя всему, чему нужно.

В ее голосе послышалась мольба.

– Отпустите меня. Я никому не расскажу, что вы сделали. Даю слово.

Кажется, она даже не догадывается, насколько опасны эти двое. Как глупо с ее стороны так вести себя, с досадой подумал Мэтью.

Монкс снова засмеялся. Услышав этот отвратительный зловещий смех, Мэтью почувствовал, как у него по спине забегали мурашки. Хотя он знал этого негодяя давно, ему никак не удавалось привыкнуть к звуку его голоса.

– Значит, ты даешь слово? Ха! Твое слово ничего не значит для меня. Так или иначе, тебе придется ублажить и нас, и его светлость. Может быть, его светлость не совсем дружит с головой, но зато он прехорошенький.

Монкс и Файли залились смехом.

– Он не хочет меня, – сказала она.

Мэтью прикусил губу и закрыл глаза. Господи, что она такое несет! Кем бы ни была эта девушка, послушным инструментом его дяди или невольной жертвой, но сейчас, в эту самую минуту, она подписала себе смертный приговор.

– Да парень просто немного робеет, – прокудахтал Файли. – Он скоро справится с этим.

– Нет, я ему не нравлюсь, – продолжала настаивать она.

– В таком случае держать тебя здесь бессмысленно, – деловито проговорил Монкс.