Благородство и страсть

 – Ты просто хотел добраться до наследства Лансдаунов, и тебя погубила твоя жадность. Все очень просто. Примитивно просто.

– Не нужно ввязываться в сражение, которое вами уже проиграно, лорд Джон, – спокойно проговорил герцог. – Давайте сделаем все тихо, без лишнего шума. Это ради вашей семьи. Могу пообещать, что для вашей жены и дочерей я сделаю все, что в моих силах.

– Черт возьми, я не позволю обращаться со мной как с каким-то преступником, как с негодяем! – Руки лорда Джона так тряслись, его трость отбивала по полу нервную дробь.

Герцог внимательно посмотрел на трость, затем перевел взгляд на лицо лорда Джона.

– Вы и есть негодяй и преступник. И лучшего обращения не заслужили.

– Прежде чем меня схватят, я отправлю вас в ад. – Глядя на герцога, лорд Джон отскочил к Мэтью и проворно вытащил из своего кармана маленький изящный пистолетик, инкрустированный серебром.

Мэтью быстро заслонил собой Грейс, хотя дядя не целился в нее. Вооруженная охрана герцога Кермонда была готова броситься на помощь, но в комнате было слишком тесно и если бы открыли стрельбу, то кто-нибудь мог пострадать.

– Вам не выиграть, Лансдаун. Вы должны знать об этом, – спокойно сказал герцог.

– Я выиграю! Я всегда выигрывал! – Мгновение, и он метнулся к Мэтью. – Я, я должен был быть маркизом Шином, а не ты, жалкий невменяемый слюнтяй!

Жестокий деспот и опасный преступник на глазах зрителей превращался в трясущегося от страха старика.

– Опустите ваш пистолет, – приказал герцог Кермонд.

– Ради Бога, Лансдаун! – взмолился граф Уиндхерст, шагнув к лорду Джону. – Все и так зашло слишком далеко.

– Дядя, игры закончились, – тихо и твердо проговорил Мэтью, надеясь своим спокойным поведением предотвратить надвигающийся взрыв. – Зачем все усугублять? Подумайте о ваших дочерях и жене.

Лорд Джон взвел курок пистолета, послышался громкий щелчок.

– Хватит читать проповеди, племянник. Тебе бы, милый, надо было стать пастырем, чтобы утешать глупых жалких недоумков.

Неожиданно лорд Джон поднес пистолет к своему виску и нажал на курок. Прогремел оглушительный выстрел, и лорд Джон как подкошенный упал на пол.

Все молча смотрели на распростертое тело и лужу крови вокруг него. Все произошло быстро и неожиданно. Мэтью, глядя на труп дяди, ничего не чувствовал.

– Господи милостивый, что за пристрастие к драматическим сценам… – наконец пробормотал граф Уиндхерст.