Благородство и страсть

Монкс продолжал громко ругаться, Файли пытался оттащить от Мэтью Вулфрама, кучер стоял на коленях перед маркизом и расстегивал на нем сюртук. Четвертый мужчина, приехавший с повозкой, влажной грязноватой на вид тряпкой протирал Мэтью лицо.

«Прощай, моя любовь, – прошептала мысленно Грейс. – Обязательно дождись моего возвращения».

Теперь ей ничего не оставалось, как выйти наружу. Путь к свободе был открыт. Очень медленно она поднялась и шагнула к воротам.

И сразу же лицом к лицу столкнулась с миссис Файли.

Глава 23"

"Грейс в ужасе отшатнулась и тихо вскрикнула.

Господи, как же глупо! Почему она не проследила, куда направилась эта женщина?

– Пожалуйста… – умоляюще пролепетала Грейс, сразу вспомнив, что кухарка глухая.

Несколько мгновений Грейс смотрела в выцветшие карие глаза этой некрасивой пожилой женщины. Лицо миссис Файли было безжалостно изрезано морщинами и хранило совершенно непроницаемое выражение.

Голова у Грейс начала кружиться сильнее от нехватки воздуха. В ушах зашумело. Казалось, еще мгновение, и она потеряет сознание. Нетрудно представить себе, что сделают Монкс и Файли, когда найдут ее.

Миссис Файли по-прежнему хранила молчание. Тонкие бескровные губы, рот, словно прорезанный одним взмахом ножа, расходящиеся веером ото рта морщины.

Может, в лице кухарки Грейс нашла союзницу? Впрочем, эта женщина никогда не показывала своего отношения к Грейс.

Женщина едва заметно кивнула в сторону сарая. Грейс нахмурилась, ничего не понимая.

И снова кивок.

Грейс посмотрела на повозку. Она уже была пустой, лишь в одном углу лежал пук соломы, которой перекладывали хрупкие вещи для перевозки.

Миссис Файли пожала плечами, словно говоря, что ничем больше помочь не может. Бросив ворох белья в повозку, она отправилась в сарай еще за одной кипой.

Грейс снова посмотрела на повозку. Похоже, миссис Файли догадывалась о том, что они с Мэтью планировали.

Ее взгляд остановился на куче белья. Можно спрятаться под этим ворохом и так доехать до деревни. Грейс торопливо забралась вместе со своим узелком под простыни, на каждой из которых имелась монограмма Мэтью. Это было белье с его кровати.