Бабий ветер

Приятный послужной список, ничего не скажешь. Давай, не отвлекайся на лирику: значит, первый срок…

– А первый срок – он мне закваску дал. Я встретила на своем пути таких людей, Ляля, – авторитетных, уважаемых людей! А каких людей стреляли! Каких людей! Сорок шестой год! Расстреливали на моих глазах. Заведут за барак – бах! бах! – Она выкрикивает с полузакрытыми глазами: – Бах! Бах! – и труп коченеет на снегу!

К нам с озабоченным лицом заглядывает Лида.

– Все в порядке? – спрашивает она. – Геня, ты пойдешь репетировать?

– После процедуры, – важно отвечает Геня и, когда Лида удаляется, поясняет: – Спектакль репетируем.

– Кого?

– Курицу, балда!

Я не знаю, что на это сказать, и молча натягиваю на ногу с забинтованным пальцем махровый носок, вдеваю копыто в мягкую тапочку.

– Довольна?

– Ох, Ляля, ты меня спасла. Дай обниму тебя!

– Ладно, без слюней обойдемся. – Я уклоняюсь и треплю ее каменное плечо. – Следи за ногой, кура! Пусть сестра каждый день меняет повязку.

– Ты такая труженица, Ляля, – говорит Геня со слезой в голосе. – Я тоже всю жизнь трудилась. Да, я приехала сюда в преклонном возрасте, но я не привыкла сидеть сложа руки и сразу пошла работать.

– Куда это? – недоуменно спрашиваю я, держа в уме ее квалификацию и ее статью.

– В супермаркет, – с достоинством отвечает Геня.

– О! – Я вскидываю брови, пытаясь понять, что за работу могли там доверить старухе: не полы же мыть, не на кассе ж сидеть – без языка-то.

– Ляля, – с суховатым достоинством произносит она. – У меня есть профессия…"

"И далее охотно и подробно описывает основные приемы «профессии»: платочек цветной, с двусторонней набивкой, первым делом повязывается на шею. Нацепляем очки, берэт – на голову. После того как фраер обработан и его лопатник перекочевал в карман твоего плаща, выходим, садимся на скамеечку в соседнем сквере, проверяем добычу: деньги – в лифчик, лопатник – в урну.

Вот так она работала, старая сука, так она здесь трудилась. За это ей выделили квартирку в социальном доме для одиноких стариков, платят пособие на жизнь, и лечат, и ублаготворяют в «Счастливом круге друзей».