Аномалия - Первый фронт. Второй фронт. Третий фронт

Вы ночью работать будете?

– Да, конечно, иначе мы не уложимся в график. Наши осветители уже пригнали дизель-генератор и готовят прожекторы.

– Ага, спасибо. Я вам еще перезвоню, – сказал я и, выплюнув кусочек изжеванного ногтя, повернулся к полковнику: – Точно они ночью работать будут. Мне инженер сказал.

– Может, просто дать им отгул и продлить время постройки на сутки? Все равно ты завтра в пять утра улетаешь в Минск на несколько дней, вот и пусть немного отдохнут.

– Прежде чем отдыхать, они должны поработать, – проворчал я.

– Да билеты уже куплены, так что готовьтесь.

– Понятно. Ладно я к себе, если что – звоните.

Дорога стелилась под колеса, мягко бросая то вверх, то вниз на многочисленных ямах и кочках, что мешало размышлять.

– Куда сперва? – спросил меня Виктор, держа руль одной рукой.

– Домой. То есть к матери, нужно отоспаться перед ночной операцией.

– Понял, едем к Алевтине Анатольевне.

Пока мама готовила постели, мы с отцом и ребятами сидели за столом и поглощали картошку с грибочками, с теми самыми, что собрали, когда я обнаружил Аномалию, и под неспешный разговор пару раз дернули по рюмашке из запотевшей бутыли с домашней вишневой наливкой.

– Хороша, – сказал с удовольствием Андрей, причмокивая. Причем пил он, оттопырив мизинчик, когда держал рюмку.

– Это ты еще на меде не пробовал, – хитро прищурился отец."

"– А что, Геннадий Леонидович, есть возможность попробовать? – спросил Андрей, остальные тоже насторожились, причем Виктор явно недовольно.

– А то! Сейчас в погреб слазаю, и сам убедишься.

– Пап, сядь на место. Не спаивай парней, им ночью работать, – сердито попросил я.

– Да что будет-то с одной рюмки?! – удивился Андрей, поведя веселыми глазами.

– Свалишься. У бати прикол такой. Знает, что одна рюмка любого мужика свалит, вот и подшучивает над всеми, кто захочет выпить. Пару глотков – и в умат.

– Да не может быть такого! С одной рюмки?! Не верю, – твердо сказал Андрей, глядя мне прямо в глаза.

– Отставить, – тихо скомандовал Виктор, сердито поглядывая на подчиненного.

В это время в комнату впорхнула мама:

– Кровати готовы. Две на веранде, одна в зале и диван. Устраивайтесь.

Проснулся я от толчка в бок. Открыв глаза, посмотрел на склонившегося надо мной Логинова:

– Что, пора?

– Да подъем, наши уже все встали, сейчас Иван спать ляжет, он с караула.

– Хорошо.

После плотного ужина мы в десять вечера поехали на стройку.