Альфа напрокат

– Но… Вам не нравится? Я могу постараться, Руслан Александрович, – чуть не плача, смотрела она на меня.

Прости, детка. Я теперь сам себе не хозяин, но тебе, как и всем прочим, лучше об этом не знать.

– В другой раз, Танюш. Сейчас, как видишь, я еще не совсем здоров.

Постарался как можно ласковее выставить девушку за порог и закрыл дверь ванной.

А ведь у нас проблемы, да, волк? Блондинок нам подавай. Да не абы каких, а одну единственную. Беглянку.

При мысли о Мари, внутри привычно поднялось раздражение пополам с волнением.

Волк тоскливо заскулил.

Да заткнись ты! И без тебя тошно.

Шикнув на разошедшегося зверя, растерся полотенцем и вышел из душевой.

На заправленной кровати лежали джинсы и рубашка. Молодец, Татьяна, быстро справилась.

Неторопливо оделся, подошел к окну и уставился на стекающие по стеклу капли. Ни тебе южного солнца, ни тебе тепла и звенящей радости внутри.

– Руслан Александрович, рад видеть вас в добром здравии.

Чернов. Этот старый прохвост, как всегда, вежлив, до приторности. Но дело свое знает. Сколько лет все счета клана ведет. Парни в шутку зовут его консильери, а он воспринимает это прозвище всерьез. Оптимист.

– Анатолий Николаевич, давайте сразу к делу, – оборвал своего бухгалтера и юриста в одном лице.

Ему если волю дать, долго еще реверансы разводить будет.

– Да, конечно, Руслан Александрович. Вот, как вы и просили, все бумаги по последней сделке. Контроль над портом теперь у нас, как видите, чистые шестьдесят процентов.

– Что по сделке с Русаковым?

– Даже не беспокойтесь, Руслан Александрович. Миша все контролирует, основные разногласия улажены, остались простые формальности.

– А это что?

Среди бумаг обнаружилось что-то новенькое.

Никель, разработки. Проценты… Та-ак… Интересно.

– А это Николай данные привез. Можно выгодную сделочку провернуть. Вот, извольте посмотреть.

– Оставь, я просмотрю, – отложив бумаги в сторону, взглянул на толстячка Чернова.

Повезло мне с ним. Настоящая находка. Прибыль всегда нюхом чует.

– Анатолий Николаевич, вы пока про это, – постучал пальцем по документам, – никому не говорите. И Николая придержите. Он когда уезжает?

– Собирался завтра.