Альфа напрокат

Дронов крякнул и перехватил коробки поудобнее. Лежащие сверху пакеты чуть съехали в сторону, и мужчине пришлось придержать их, чтобы не упали.

– Ну, бывай, Маша, – кивнул он мне и неторопливо направился к выходу.

– До свидания, – попрощалась я.

Да-а, Маруся, вот и думай теперь, что к чему. Поддаться бабушкиным генам и поверить в невозможное, или включить мозги и отправиться в аптеку? За пустырником. Нервишки подлечить. Дилемма.

Василий Ильич вышел в раздвижные двери, а я осталась стоять у билетных касс, раздумывая над его словами.

То, что сказал Дронов… С одной стороны, это выглядело чистым бредом, но с другой… С другой, его слова легли на благодатную почву.

Странности в поведении Руслана, горящие азартом желтые глаза Роберта, внешность охранников Берцева, их чутье и выносливость – все эти незначительные мелочи, словно затейливые паззлы, складывались в весьма интересную картинку.

А еще отдельным пунктом стоял Елецкий. Тоже весьма сомнительный тип.

Что там Василий Ильич про силу говорил? Вот, пожалуй, Богдан именно ею и обладал.

Припомнила красноватый огонек, мелькающий во взгляде мужчины, и невольно вздрогнула. Неужели, правда? А ведь и у Руса глаза подозрительно загораются, когда он пытается навязать мне свое решение. Только, почему-то, на меня его сила не действует. Хотя, на всех остальных – будь здоров!

А-хре-неть.

М-дя. Выводы напрашиваются неутешительные.

Первый, самый простой и понятный, – я сошла с ума. Ну не может же нормальный человек всерьез верить в существование оборотней? Не может? Во-о-от! И я так думаю.

И второй. Оборотни реально существуют. Они есть. Они рядом. И я увязла в отношениях с ними, по самое не могу. И еще неизвестно, какая версия предпочтительнее. Пожалуй, я бы проголосовала за первую.

Медленно добрела до ближайшей свободной скамейки и села. Ноги не держали.

Да, Маруся, вот это мы влипли. И что теперь делать?

В голове навязчиво крутилась строчка из детского стишка: – «Мы с Тамарой ходим парой, санитары мы с Тамарой».

Санитары. Угу. Которые в синих халатах. И упекут тебя, Машенька, в белую комнату с мягкими стенами. Это в лучшем случае.