#Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 24

Спокойно, даже лениво, смотрю ему прямо в глаза и отвечаю:

— Как жаль, что вы настолько глупы, граф, если думаете, что сможете взять меня какой-то мелочной угрозой.

Мстиславский сжимает кулаки, челюсть ходит ходуном — видно, что он на грани срыва. Внутри у него бушует смесь злобы и отчаяния, похоже, от папаши ему крепко влетит за профуканный лесозавод. Но прежде чем он успевает раскрыть рот, я добавляю:

— И, кстати, мы с Жанной Валерьевной — телепаты, вы разве не знали? Я уже передал ей воспоминание о том, как вы сказали свою самоубийственную реплику.

Потому могу сказать вам только одно, — вздыхаю. — Прощайте.

Я даже не смотрю в сторону Жанны, но знаю, что этого достаточно.

И она, конечно, не заставила себя ждать.

Мстиславский вздрагивает, глаза расширяются, руки рефлекторно хватаются за живот.

Из его тела торчит пси-копьё — тонкое лезвие ментальной энергии, дрожащее, словно натянутая струна. Оно вибрирует, резонируя с его нервной системой, отправляя разряды чистой боли по каждому рецептору.

Он вскрикивает.

Нет, орёт от боли. Лицо мгновенно бледнеет, губы дёргаются, пальцы судорожно хватают воздух, словно пытаясь нащупать хоть какую-то поддержку, которой нет.

Вокруг начинают шептаться. Кто-то ахает, кто-то делает шаг назад, опасливо глядя в нашу сторону. Ясное дело, подумали на меня. Да и пусть пока. После того, что он сморозил про мою тёщу, наказание более чем заслуженное.

Но доводить Мстиславского до брызжущей изо рта пены, пожалуй, будет лишнее. Мне еще общаться с его отцом и тащить его гвардию в Антарктику.

Я поднимаю руку — и развеиваю копьё, не давая повреждениям углубиться дальше.

Мстиславский дёргается, его зрачки закатываются, и он безвольно оседает на пол. Щиты его, конечно, выдержали. Но шок вырубил.

Толпа начинает сгущаться вокруг нас.

К нему тут же подбегает несколько дворян, среди них граф Сибирский, который хмурится, осматривая бесчувственное тело.

— Что случилось⁈ — раздаётся встревоженный голос.

Один из Целителей, молодой парень с сосредоточенным лицом, присаживается рядом с Мстиславским.

Его ладонь медленно скользит над телом, наполняя воздух мягким золотистым свечением. На лице Целителя мелькает лёгкое удивление, и через мгновение он выпрямляется, объявляя:

— Он цел и невредим, но по какой-то причине без сознания. Видимо, шок.

Граф Сибирский хмыкает, скрещивая руки на груди.

— Ну, надо бы его оттащить. Граф, не объяснитесь? — его взгляд устремляется на меня.

Я лениво пожимаю плечами:

— Прошу, граф.