А маме не скажем

Мы молча позавтракали и разбрелись по своим комнатам. Мама снова проверяла вещи, а я рисовала, сидя на своем подоконнике. Когда взглянула на то, что вышло, захотелось стонать в голос. С некогда белого листа бумаги на меня смотрят те самые глаза, что не давали спать всю ночь. Чьи именно? Да понятия не имею! И это не расстраивает. Это злит!

Вырвала лист из блокнота, скомкала и хотела выбросить, но в последний момент остановилась. Расправила, вновь взглянула в наглый прищур, нарисованный простым карандашом.

– Держаться как можно дальше! – сказала сама себе и все же выбросила рисунок.

В эту же секунду в дверь позвонили. Я вздрогнула и почувствовала себя преступницей, скрывающей следы какого-то ужасного деяния. Помотав головой, чтобы отогнать идиотские мысли, отправилась встречать гостей. Оказалось, прибыли грузчики и под строгим надзором мамы и прибывшего с ними Михаила стали перетаскивать наши вещи вниз в машину.

Поздоровавшись с мужчиной кивком головы, устроилась на нашей маленькой уютной кухне и стала ждать, когда весь этот кошмар закончится.

Дорога. Выгрузка вещей. Моя новая, но уже знакомая комната, заполненная сейчас пакетами и коробками. А еще в углу я обнаружила коврик и две голубенькие мисочки, а в ванной лоток для моего Каспера.

– Приве-е-ет, – она, улыбаясь, крепко меня обняла, будто мы не виделись целую вечность. – Не смотри на меня так. Ты не представляешь, как я рада единственному нормальному человеку в этом доме.

– Я тоже рада тебя видеть, – ответила совершенно искренне. – А где Каспер? Как он?"

"– Да все с ним хорошо, – услышали мы от двери мужской голос.

Щеки Таи покрылись забавным румянцем и из уверенной в себе молодой девушки она моментально превратилась в смущающуюся школьницу.

– Здравствуй, Гер. Тебя стучаться не учили?

Герман окинул ее равнодушным взглядом и подошел ко мне, протягивая пищащий комок.