А маме не скажем

Быстро умывшись холодной водой, чтобы согнать остатки сна, надел голубые джинсы, белую футболку и светло-серую толстовку с капюшоном. На ноги белые кроссовками. Редко так одеваюсь, но сейчас совершенно нет желания заморачиваться брюками и рубашками. Сбегая вниз по лестнице, вспомнил, что надо бы проведать малышку Милли, но желание как можно быстрее обсудить всю реальность моей задумки с Шевцовым подгоняет вперед.

– Ты чего не спишь? – увидел крохотное рыжее недоразумение в милой пижаме вместо вчерашней футболки.

Девушка смотрит на меня сонными глазами, что-то активно соображая.

– Стэф, я за водой ходила, – бурчит она, демонстрируя высокий стакан с прозрачной жидкостью.

Закатываю глаза.

– Кристиан, – поправляю ее.

Но то, что она нас перепутала, задело за живое.

– Ой… – щечки тут же порозовели. – Прости, просто, – окидывает меня взглядом с ног до головы. – Так одевается обычно Стэфан.

– Ничего, – ободряюще улыбаюсь и подхожу ближе, оказавшись почти вплотную к своему котенку.

Она делает глубокий вдох и улыбается.

– Точно, Крис. Я научусь. Никак не придумаю, как это сделать, – быстро бормочет малышка, а я не слышу ни хрена.

Смотрю на ее пухлые розовые губы, на такой уютный, домашний вид, и ехать уже никуда не хочется. Хочется снова впиться в ее рот поцелуем. Что я и делаю, обнимая Милли за талию одной рукой, второй придержав голову, чтобы не крутилась.

– Крис… – выдыхает она вероятно в попытке меня остановить, но больше ничего сказать не успевает.

Я врываюсь в ее приоткрытый ротик, ловя нежный язычок, лаская своим, играясь, посасывая. Крохотные ладошки сжимаются на моей толстовке, тянут ее вниз. Не могу остановиться. Не хочу. Моя девочка. Чуть прикусывая губки, тут же вылизываю их языком, впитывая ее частое шумное дыхание. Она совершенно растерялась, а я нагло пользуюсь этим, сильнее прижимая девушку к себе. Прерываю поцелуй, чтобы сделать вдох. Смотрю в ее летние глаза с огромными зрачками.

– Ты, – шепчу ей хрипло.

Милли проводила меня молчаливым ошарашенным взглядом.

Обернувшись у двери, чтобы посмотреть на нее, увидел то, что мне видеть было не положено.