365 дней

Когда дверь открылась на уровне минус один, вся охрана упаковалась в два припаркованных у входа БМВ, а мы направились вглубь гаража. Дон Массимо нажал кнопку на пульте, и я задалась вопросом, какая машина на этот раз подмигнет мне. «Porsche Panamera», черный с черными стеклами, я вздохнула с облегчением, потому что перспектива секса в «Феггай» была ужасающей даже для такого спортивного человека, как я. Массимо подошел к пассажирской двери и открыл ее для меня. Когда я забралась внутрь, он прислонил меня к темному стеклу и выдохнул прямо мне в рот.

- Каждые сто километров я буду трахать тебя на заднем сиденье, надеюсь, машина тебе понравится.

Он очень возбуждал меня, когда был так властен, мне нравилось в нем то, что он часто не спрашивает меня, а информирует, но мне нравилось и подшучивать над ним. Откинувшись на сиденье, я бросила:

- Там почти шестьсот километров, думаешь, справишься?

Он засмеялся и, прежде чем закрыть дверь, предостерегающе обернулся ко мне:

- Не провоцируй меня, а то я буду делать это каждые пятьдесят.

Дорога в Щецин прошла у нас на разговорах, дурачествах и случайном сексе на лесных стоянках. Мы вели себя, как два подростка, которые взяли машину у своих родителей, купили самую большую упаковку презервативов и решили отправиться на приключения. Каждый раз, когда мы спускались на парковку, наша охрана незаметно исчезала, давая нам немного уединения и свободы.

На месте мы провели несколько дней, прошедших у меня в посещениях СПА, а у Массимо - в работе.

Когда в среду мы возвращались в Варшаву, позвонила мама.

- Привет, дорогая, как ты себя чувствуешь?

- О, замечательно, мама, у меня ужасно много работы, но в целом все в порядке.

- Хорошо, надеюсь, ты помнишь о свадьбе твоей кузины, которая будет в субботу?

- Блядь! - рявкнула я прямо в трубку."

"- Лаура Биль, как ты выражаешься! - упрекнула она меня возмущенно.

Слово «блядь» было одним из немногих польских слов, которые знал Массимо, поэтому, услышав его, он понял, что я не особенно довольна.

- Как я поняла после этого лапидарного заявления, ты забыла, поэтому я напоминаю тебе, что свадьба в шестнадцать, но постарайся быть пораньше.

- Мама, как же я этому рада! Конечно, помню, мы приедем вдвоем.

В трубке воцарилась красноречивая тишина, и я подсознательно ощущала, что сейчас услышу.