Жестокий принц

 – Таракан делает что-то – в темноте мне плохо видно, что именно, – и секундой позже я слышу щелчок, как будто кто-то вскрыл замок или разрядил капкан. Меня подталкивают легонько в спину, и я оказываюсь в еще одном, едва освещенном туннеле.

О том, что впереди дверь, узнаю, когда, к удивлению Таракана, врезаюсь в нее.

– А ты и вправду не видишь.

Тру лоб.

– Я же так тебе и сказала!

– Да, сказала, но ты же лгунья, – напоминает он. – Нельзя же верить всему, что ты говоришь.

– Но зачем мне лгать насчет того, что мы не видим в темноте? – возмущаюсь я.

Вопрос повисает в воздухе. Ответ очевиден – проверяет, смогу ли я в одиночку найти обратный путь. Не увижу ли что-то, чего увидеть не должна. Насколько осторожным ему нужно быть в моем присутствии.

Пора бы уж мне перестать задавать глупые вопросы.

А ему пора избавиться от паранойи, ведь в любом случае я ничего не смогу рассказать, поскольку Даин положил на меня заклятие молчания."

"Таракан открывает дверь, и в коридор изливается столько света, что я машинально вскидываю руку и закрываю ладонью лицо.

– Добро пожаловать ко Двору теней, – говорит Таракан.

Глава 14

У двух других членов шпионской группы Даина тоже кодовые имена.

Второй – миниатюрная, хрупкая девушка с крапчатой, как у косули, коричневой кожей. Волосы – белое облако вокруг головы, а на спине пара крохотных, как у бабочки, серо-голубых крылышек. В ней есть что-то от пикси и даже от импа.

Ее я знаю.

– Я – Бомба, – говорит она. – Люблю все взрывать.

Я киваю. Для фейри такая прямота необычна, хотя, с другой стороны, мне привычнее общество придворных фейри с их этикетом. Фейри-одиночки тоже явление редкое. Я в недоумении – как с ними разговаривать?

– Так вас, значит, трое?

– Теперь уже четверо, – говорит Таракан.