Жестокий принц

– Хочу убрать его отсюда, – говорю я и кладу руку на спинку стула как хозяйка. Надо увести принца из комнаты, пока он не перехватил инициативу. Увести сейчас же.

– И что ты с ним сделаешь? – интересуется Таракан.

– Он мой пленник, – напоминаю я, наклоняюсь и разрезаю полосы собственного платья, которыми ноги принца до сих пор привязаны к стулу. Видно, он так и спал, сидя, если вообще спал. Но усталым Кардан не выглядит. Он улыбается мне сверху вниз, словно я склонилась перед ним из учтивости."

"Хочется стереть ухмылку с его рожи, но не получится.

– А здесь мы не можем остаться? – спрашивает Кардан. – Здесь есть вино.

Эти слова заставляют Таракана хихикнуть.

– Тебя что-то беспокоит, маленький принц? Вы с Джуд до сих пор не поладили?

Выражение лица Кардана меняется; похоже, он встревожен. Хорошо.

Веду его в кабинет Даина, который, кажется, превращается в мой командный пункт. Шагает он неуверенно, ноги одеревенели от пут.

– Садись, – командую я, указывая на стул.

Он подчиняется.

Огибаю стол и усаживаюсь напротив. Мне приходит в голову, что если убью его, то наконец перестану о нем думать. Убью и больше никогда не буду себя так чувствовать.

Но без него не останется простого способа посадить Оука на трон. Придется надеяться, что Мадок каким-нибудь образом вынудит Балекина его короновать.

Может, оно того стоит.

Арбалет лежит там, где я его оставила. В выдвижном ящике стола Даина. Я достаю его, взвожу и целюсь в Кардана. Он судорожно сглатывает.

– Собираешься меня убить? – Он хлопает глазами. – Прямо сейчас?

Я кладу палец на спусковой крючок. Чувствую себя спокойно, восхитительно спокойно. Это слабость – позволить страху возобладать над амбициями, над интересами семьи, над любовью.

– Понимаю, почему тебе хочется это сделать, – говорит он, словно прочитал мои мысли и принял какое-то решение. – Но я бы предпочел, чтобы не делала.

– Тогда прекрати постоянно ухмыляться. Ты думаешь, я сюда пришла, чтобы ты надо мной смеялся? До сих пор так уверен, что лучше меня? – Голос мой слегка дрожит, и за это я ненавижу Кардана еще сильнее.