Жена по обмену (СИ)

Это огромная, в человеческий рост картина. На ней изображена та, которую так долго считали демоницей. Гекта, покровительница магов, здесь очень похожа на ту, что видели мы с Хэлом в доме Ники. Только много моложе.

— Чтоб меня подбросило и перевернуло! — первым озвучивает общее мнение об увиденном один из «археологов»."

"На картине Гекта не одна. Она сидит в роскошном кресле, а возле нее стоит не кто иной как сам Интро, покровитель механиков. На руках он держит девочку — ей здесь лет пять, не больше.

— Неужели?.. — маэстро Кирено не решается произнести догадку вслух.

Мне же бояться нечего. Теперь-то я, наконец, понимаю, что искала Тамани на этой скале. Боюсь, никогда не узнаю, где ей удалось раздобыть такую информацию, но Интро похоронил Гекту на своей территории. Со всеми почестями, как и полагается любимой супруге покровителя механиков.

Выходит, гораздо позднее он женился на другой. Та взялась за воспитание падчерицы и подданных — настолько, что Гекту превратили в злобного монстра.

— Гекта была матерью Великой богини, — произношу я, внимательно глядя на ошарашенные лица алантцев.

— Один лишь портрет мало что значит, — возражает маэстро Кирено, механик и ярый противник магов.

— Думаю, магическое исследование содержимого саркофага скажет нам больше, — рассуждает Хэл. Обнимает меня за талию и произносит восторженным тоном: — Но я отчего-то уверен, что моя жена права.

Ценные находки забираем в главную пирамиду. А пока самые известные лекари и историки Аланты изучают саркофаг и его содержимое, Хэл всерьез берется за заговорщиков. Их лишают магии, владений и отправляют на работы в соляные шахты.

Меня же верховный жрец Хэл объявляет призванным ребенком Великой Матери, явившейся в Аланту ради великой цели. Результаты исследований подтверждают его слова.

— Сати Тамаре сами боги поручили раскрыть правду о Гекте! — объявляет Хэл собравшемуся возле главной пирамиды народу.

Не скажу, что механики сильно обрадовались, узнав, что Гекта была первой женой Интро и матерью Великой богини. Но спорить с фактами никто не смеет.

— Я хочу запечатлеть этот великий момент для потомков, — предлагает Хэл.