Жена по обмену (СИ)

Решаюсь приподнять голову и встретиться взглядом с Инке. — Надо создать убежище. То, в котором смогут выжить жители Аланты, если случится страшное. Его стены, пол и потолок должны быть непроницаемы. А еще внутри должно быть тепло, достаточно кислорода и запасов еды.

Словом, выдаю все, что мне известно об укрытиях моего мира. И все больше верю, что возможно повторить подобное в Аланте. А если использовать магию и знания механиков — фантастика, что можно придумать!

— Склони голову! — объявляет верховный жрец Инке.

Все, чую, допрыгалась.

Чувствую, как на затылке поднимаются волосы. И могу только догадываться, что произойдет дальше. Разбушевавшаяся фантазия услужливо подкидывает образ стражника с мечом. Секунда, и Аланта лишится не в меру дерзкой попаданки. А я — буйной головушки.

— Поднимись, истинное дитя Великой Матери! — произносит горделивый голос Инке.

Моей шеи действительно касается металл. Но это не лезвие меча, а золотая цепочка.

— До окончания годового цикла назначаю тебя хранительницей, — заявляет Инке. — Поднимись, сын мой Хэл. Ты будешь помогать жене и защищать ее от всяческих угроз. Ее и ключ от всех дверей. Вместе вы должны построить то самое убежище, о котором только что сказала Тамани. До того момента, как наполнится молоком великий источник и откроется переход в другой мир, я должен быть уверен, что Аланте ничто не угрожает.

— Благодарим вас за доверие, — кланяется Хэл.

Я следую его примеру и ошарашено смотрю по сторонам. Добавить ничего не могу, так как на время лишаюсь дара речи. Признаться, я ожидала, что Инке прислушается к моим словам. Но чтобы вот так…

— Можете использовать любые материалы и привлекать всех магов и механиков Аланты, — добавляет Инке. Косится на советника: — Почему никто раньше не предложил мне соорудить подобное? По-моему, в пирамиде кто-то зря получает жалование.

Советник кашляет в кулак, прекрасно понимая намек.

— Только наследница Великой Матери могла предусмотреть это, — ответственно заявляет и кланяется мне. Как будто не он несколько минут назад считал меня сумасшедшей, достойной разве что казни. — Рейнам положено обороняться и нападать, сати — хранить и приумножать.

Ловко он выкручивается, ничего не скажешь. Прямо-таки виртуозно.

— Моя жена полна новых идей, — не без гордости замечает Хэл.