Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 33

Обмозговав ситуацию, я решаю не усложнять и просто попариться. А кого стесняться? Если наша миловидная Горгона до сих пор котируется как зверь, то прятаться перед ней — полнейшая глупость. Я же не смущаюсь при кошке. А если всё-таки её уже стоит относить к разряду «разумных гуманоидов», то разницы тоже нет — она нудистка по убеждениям, так что всё равно плевать.

— Мазака, голлый, — для Змейки это, видно, открытие.

— Голый-голый. Мойся давай, — залезаю в купель и принимаюсь намыливаться.

Змейка сидит рядом в купели, плещется, то фыркает от попавшей в нос воды, то поднимает змеюшек на голове.

Когда уже вытираемся в раздевалке, заглядывает Зела и, удивлённо оглядев нас с хищницей, будто не ожидая такой сцены, докладывает, растерянно гладит свои ремни на талии:

— Ваше Величество, простите, что отвлекаю вас от отдыха…

— Какой ещё отдых, я тебя умоляю. Просто помылись.

— Незапланированно прибыл важный гость из Организации. Потому и докладываю вам лично.

— И кого эта нелёгкая принесла? — вздыхаю. — Лиан, что ли, прибежал следом, не успели его оставить?

— Нет, это лорд Хоттабыч.

— Председатель? — поднимаю бровь. — Проводили его в гостиную?

— Конечно. Его уже поят чаем, а внучка Венглада играет ему на биве японскую балладу. Всё согласно регламенту приёма списка «Почётных визитёров», — кивает Зела.

— Хорошо, — я тоже киваю. — А что ещё за список?

— Его ведёт Венглад.

— Прикольно, — киваю. — Действительно прикольно.

Наверняка Венглад согласовал списки с Леной или Лакомкой. Сам бы он не взвалил на себя такую ответственность. Вообще, надо попросить старика заняться введением единого протокола содержания моих резиденций, если он возьмётся, конечно. А то он ведь крепко привязан к Рю но Сиро и может не захотеть покидать родной остров.

Одевшись в чистую одежду, заранее принесённую слугами, я иду в гостиную. Там, умасленный женским вниманием, Хоттабыч чаевничает под пение одной внучки Венглада и воркует с другой. Девушки эти не просто красивые, но образованные, с высшим образованием, натасканные на этикет и пение, потому любой высокоинтеллектуальный гость получит от общения с ними истинное удовольствие.

— Председатель, для меня большая честь видеть вас у себя дома! — приветствую старика.