Жена по принуждению

Он спешно проходит к моему столу, плюхается в кресло напротив.

Без всяких ответвлений перехожу сразу к делу.

– Скажи, – кручу в пальцах ручку, но смотрю на Котовского. Хочу видеть его лицо. Интересно, соврёт или скажет правду? – Я ведь уже спрашивал у тебя.

Да, и услышал неутешительный ответ.

– Каролина не открывала тебе дверь? И не могла передать тебе никаких слов, так ведь?

Мирон кивает. Взгляд отводит, призадумывается. Но не уверен, что он врёт. Он часто так делает, поэтому вряд ли.

– Нет, ничего не было. Я приходил раза два-три.

Хм.

Кажется, понимаю, почему Лина не открывала моему адвокату.

– А ты был в курсе, что Кара переехала?

Смотрю внимательней. До этого спокойное лицо меняется. Появляется растерянный взгляд и удивление. Кажется, по его реакции – не знал.

– В смысле? – его озадаченный тон подтверждает ещё больше. И поведение. Мужчина переносит корпус вперёд, упирается на стол.

Нет. Могла.

Потому что сегодня, ровно полчаса назад мне поступил новый адрес Кары. И она действительно теперь живёт в новом доме. Беднее, чем её прошлая квартира. Ещё и не в центре, как раньше. Аренда заплачена с её карты, и договор составлен на её имя.

Значит, она переехала раньше, чем Мирон пришёл к ней во второй раз. И передать слова Лина никак не могла.

Но всё ещё не могу понять.

"Если так – адвокат не врёт. Но всё снова идёт против Каролины.

Она говорит, что передала сообщение через Мирона. Думаю, Каролина не такая глупая, чтобы врать. Ведь она знает, что я могу спросить и уточнить это у своего адвоката.

Сказала в панике? Чтобы я не злился? Возможно. Женщины на такое способны.

Но…

Да, она порой бывает дурочкой, но не настолько глупой, чтобы так откровенно лгать.

Хотя, когда вышел из тюрьмы, такой её и считал. Маленькой глупышкой.

Ведь только такой несформировавшийся человек мог пойти против меня.

Но Левицкая… Вряд ли. Хотя мне казалось тогда, в больнице, что она переигрывает. Сильно.

Но теперь, если подумать на холодную голову…

Может, это был срыв? Эмоции взяли верх. Кара всегда была для меня не такой истеричкой, как в тот раз. Да, она теряла контроль, но не настолько.

Ещё и злость моя. Слова адвоката против Лины. Затуманили мой разум. Отключили все другие чувства, кроме одного. Я был в гневе.

Но и сейчас могу ошибаться.