Жена моего брата

Артур же выглядел бодрым и чертовски сексуальным в обычной майке и свободных спортивных штанах. Едва мы спустились со второго этажа, он поставил Ване кашу, спросил о температуре, а потом еще и поинтересовался моим самочувствием. Тут я вскипела.

— Какое твое чёртово дело, как я себя чувствую?

— Возможно, потому что ты моя жена, и я переживаю. Работать по ночам не очень…

— Я тебе жена только на бумаге, — перебила я. — Не надо притворяться, что ты такой хороший и добрый. Я все могу сама. Покормить, переодеть, вылечить.

— Да-да, я видел, как ты можешь, — припомнил он мстительно.

— Не лезь к Ване, Артур. Я бы проснулась.

— А зачем ты вообще загнала себя до такого состояния?"

"— У меня сроки заказа горят. Нужно закончить.

— Заканчивай днем. Тебя сейчас ночью и без работы весело.

— Я у тебя забыла спросить, когда мне работать.

Сама не знаю, чего добивалась, огрызаясь на каждую его фразу. Упреки Артура были обоснованы, но от этого он раздражал меня еще сильнее.

— Ты сама себе усложняешь жизнь, Лиза. Твое право, но я не собираюсь наблюдать, как ты загоняешь себя в могилу. Работай днем сегодня, ложись с Ваней спать вечером. Никаких ночных рисований.

— Ты мне не начальник, чтобы командовать.

— Ты живешь в моем доме и будешь подчиняться моим правилам. Кажется, мы договаривались об этом в первый день. Не мыть пол, не оставлять посуду на ночь, а вот теперь я добавляю — не работать после девяти вечера.

Я не стала продолжать этот бессмысленный спор, только фыркнула и забрала Ванькину кашу. Слава богу, сын меня порадовал и поел сегодня. Температура тоже была почти нормальной. Если можно нормальной называть тридцать семь и пять. Ваня вроде бы пошел на поправку. Я даже вышла погулять с ним немного во двор. Врач нам не запрещал, даже советовал. Во время дневного сна я не спускалась вниз, работала в спальне тайком, чтобы Артур не видел моего подчинения.

Мы игнорировали друг друга весь день. Мне было тяжело признать, что муж прав. Я не знаю, почему. Что за глупое упрямство во мне бушевало?

С Маратом я бы такой роскоши себе не посмела позволить. Но Артур и не относился ко мне, как его брат. Был вариант, что я бешусь с жиру, но его признать мне было еще сложнее, чем правоту мужа.