Жемчужная невеста

Нет… неужели опоздала?!

– Бра-а-а-ан! – от моего крика сын вздрогнул.

Жив! Пресветлая, помоги…

– Пощадите! – воскликнула, падая на траву рядом с ним и обнимая за дрожащие плечи. – Я расскажу всё! Расскажу... только не убивайте его! Помогите! Вы же можете...

Слёзы застилали глаза, а пальцы сами выписывали нужные плетения, пытаясь забрать хоть немного боли Брана, помочь ему загнать тварь в дальний угол, а может, и окончательно победить?

Сейчас это казалось реальным, магия элементалей ослабила монстра, и я впервые не слышала его пронзительного воя и скрежета стальных лап.

– Помогите, молю! – сбивчиво прошептала, подняв взгляд на ведьм и стоящих у края купола драконов. – Вы же можете...

– Хватит! – рык владыки отрезвил, напомнив о том, что за свою пару Аргвар будет сражаться и мстить как я за сына, поэтому мольбы не помогут. Но… возможно смогу обменять жизнь Брана на информацию о Повелителе. – Леди Балтимер также переместить в камеру. Магию заблокировать.

– Я согласна, согласна! – воскликнула, вскинула руки над головой.

Шёлк кимоно с шуршанием стёк вниз, оголяя перевитые замысловатыми татуировками запястья и предплечья. Моя кара и проклятие, расплата за слепую любовь к сыну.

– Всё расскажу, клянусь! – прошептала. – О фэ...

– Продолжим в камере, – перебил меня Аргвар, подавая знак Саифу.

У адмирала тоже был повод ненавидеть и желать нам смерти за то, что годами тянули магию из Марианны. Но и ему мне было что предложить.

Сапфировая вспышка на миг ослепила. На моих руках и на запястьях Брана вспыхнули зачарованные наручники, а затем под нами распахнулся омут магического перехода.

Ведьмы знали о том, что поблизости до сих пор бродит ещё один монстр, гораздо страшнее и опаснее нас. Поэтому не стали ослаблять центральный щит и сразу перекинули нас в расположенную под Дэвонгой тюрьму. Раньше её использовали и в качестве магической лаборатории, где лучшие целители империи пытались найти лекарство от скверны, превращающей заражённых магов в чудовищ Пустоши. Но эксперимент провалился и жуткие казематы оказались заброшенными.

"Лишь изредка их использовали для допроса таких, как мой сын, или для изоляции заражённых магов, отказавшихся добровольно принять яд.

Жуткое место… Тюрьма была насквозь пропитана болью умирающих магов, звериным голодом и вековой ненавистью чудовищ. Камни впитали чужую агонию и затухающую надежду целителей найти лекарство.

– Леди Балтимер, – от голоса владыки Бран вздрогнул, зато у меня всё внутри всколыхнулось от ярости.