Заноза королевского некроманта

И я себе это повторяю довольно часто. Но, к сожалению, это не помогает. Язык мой – враг.

Деканы показали нам фронт работы, завхоз выдал рабочий инвентарь, и мы приступили к работе. Вначале дело продвигалось очень хорошо. Девушки мыли витражные окна, парни отмывали стены, а совместно мыли полы. К обеду отмыли весь четвёртый этаж. Ну, вернее, к ужину, учитывая наше позднее пробуждение.

А вот после плотного перекуса работать стало сложно. На животике натянулась кожа, и глаза стали смыкаться.

Едва успела привести себя в порядок, как в дверь постучали. Нацепила халат и отправилась открывать. Поздним гостем оказался декан некромантов.

– Вы уже ко сну готовитесь? – удивлённо приподнял он брови.

Я демонстративно посмотрела на настольные часы.

– Так вроде пора уже. Или вы ждали, что я по ночам план захвата мира составляю?

– От вас можно ожидать чего угодно. Так что и таким кровожадным планам не удивлюсь.

– Ожидайте, – бросила и отправилась наряжаться заново.

Старик Горгор ждал нас в своём деканате. Брошь перекочевала в его руки, он принялся разглядывать её под светом магической лампы. С каждой минутой декан артефакторов хмурился всё больше. На столе стали появляться разные магические приборы со стёклами.

– Никогда такого не видел…вещица очень старая.

Мы с Синеглазкой пытались понять хоть что-то из бормотаний декана. Но так и не смогли. В итоге просто развалились в креслах. Я уже начала клевать носом, всё же физический труд вымотал меня. Неожиданно меня ослепило яркой вспышкой, раздался крик, и Иван Петрович стал заваливаться на бок. На лице его застыла такая мука, что мне стало до жути страшно.

Первым отреагировал Аристарх, бросился к декану артефакторов, принялся прощупывать пульс.

– Соня, быстро за Николашей и Ильёй Родионовичем.

Оцепенение спало, я со всех ног полетела в общежитие целителей и боевиков. Илья Родионович, выслушав мою сбивчивую речь, принялся собираться. Я помчалась к боевику. Декан, похоже, уже спал, поскольку барабанить в дверь мне пришлось довольно долго.

Когда же он открыл, то взглянул на меня убийственным взглядом.