Запретные воспоминания

В начале двухтысячного года, к сожалению, следов практически не оставалось, но в архивах есть все, надо только уметь искать, а я умею, – без тени ложной скромности заверила Полянская.

– Не сомневаюсь, – Радецкий позволил себе усмехнуться."

"– Я нашла документы, свидетельствующие, что в августе 2000 года, когда вся шумиха с проверкой в воинской части и заведенным уголовным делом была позади, подмосковная компания «Металлснаб» перевела зарегистрированной в нашем городе фирме «Беркут» 400 миллионов рублей. Деньги поступили тремя траншами.

– Двадцать процентов? Нехило.

– Да, в наши дни о такой марже остается только мечтать, но в те годы это была вполне себе нормальная сумма за услуги такого рода. Я специально посмотрела курс валют на август двухтысячного. Доллар торговался грубо по двадцать восемь рублей, таким образом, лихая компания, замутившая всю эту сделку, получила на счета «Беркута» около четырнадцати миллионов долларов.

– Один списал самолеты, второй сделал так, чтобы уголовное преследование закончилось ничем, а Нежинский вывел деньги и спрятал их на счетах в швейцарском банке. Так рассказывала Ираида Сергеевна Нежинская. Получается, что речь шла ни много ни мало о четырнадцати миллионах. Зеленью.

– Ну, совершенно не факт, что они делили деньги поровну, – мудро заметила Полянская. – Думаю, что как минимум с простачком Корниловым, который рисковал больше всех, обошлись бы довольно цинично. Вот только, скорее всего, никакого дележа не произошло вовсе.

– Почему вы в этом так уверены?

– Да потому, что в номере моей родной газеты «Курьер» от 14 ноября 2000 года я прочитала небольшую заметку о том, что на квартиру Андрея и Ираиды Нежинских было совершено разбойное нападение.

– Что-о-о-о???

– Ну, в начале двухтысячных это было обыденностью, – Полянская пожала плечами. – Криминальные разборки с применением физического насилия, пыток и всего подобного продолжались где-то до 2008–2009 года.