Запретные воспоминания

Он понятия не имел, сколько времени нужно его гостье, чтобы выйти из дома, но подозревал, что никак не меньше часа. С учетом того, что нужно было еще успеть доехать до ресторана, выезжать следовало не позже, чем в двадцать минут восьмого, то есть Владиславу Громову пора было будить. Почему-то ему не хотелось этого делать.

Правда, без десяти семь она сама спустилась вниз, причем одетая в деловой костюм, с подкрашенным лицом и уложенными волосами. То, что она наверняка не выспалась, было совершенно незаметно.

– Где ваша собака? – спросила Влада, не подозревая о произведенном впечатлении.

– Доброе утро, – улыбнулся Радецкий. Гостья нервничала, оттого и теряла хорошие манеры. – Я выпустил ее во двор, где у нее есть важные дела. Кстати, можете последовать моему примеру. Территория закрытая, так что с вашим псом ничего не случится. Или вы предпочитаете контролировать процессы отправлений его организма?

В ответ она прошла к входной двери и открыла ее, выпуская собаку.

– Гулять, Беня, – сказала она. – Сегодня ты делаешь это сам.

– У вас умная собака, – сказал Радецкий, когда она вернулась на кухню, и поставил на стол чашку кофе. – Пейте. Кофе я варю по-настоящему хорошо.

– У меня есть время на кофе?

– Вполне. Минут двадцать пять. Вот тосты, надеюсь, вы едите лосося и авокадо. Все остальное ищите в холодильнике. Он открыт, и в нем никто не кусается. Я пошел одеваться.

– Когда вы успели, – спросила Влада, – еще же семи нет?

– В семь утра в больнице уже вовсю кипит жизнь, – назидательно сказал Радецкий. – И там точно отвечают на вопросы главврача, интересующегося состоянием пациентки, поэтому соответствующее сообщение я получил в половине седьмого. Если хотите, то я отвезу вас не к вашей машине, а прямиком в больницу, тогда вы сможете проведать вашу знакомую, а заодно узнать у нее, что случилось.

На самом деле ему страшно не хотелось ее отпускать. Он был уверен, что в больнице она будет в безопасности, потому что намеревался за ней проследить.