Запретные воспоминания

 – Он поставил на стол жестяную коробку с рассыпчатым печеньем, пообещав себе купить для Петровской такую же и делать это регулярно. – Вы мне очень помогли. Спасибо.

– Вы только будьте осторожны, Владимир Николаевич, – попросила Петровская тихо. – Берегите себя.

– А что со мной сделается? – искренне удивился он.

– Ничего, но доморощенные расследования могут быть опасны.

– Я не веду никакого расследования, вы что, Мария Степановна, – запротестовал он. – Просто мне кажется неправильным сообщать какие-то факты следователю, не проверив их.

– Знаю, – кивнула головой медсестра. – И тем не менее повторю. Берегите себя.

– Торжественно обещаю, – отшутился Радецкий. Тревога в глазах Петровской ему не нравилась. Он не хотел, чтобы она тревожилась.

Когда Мария Степановна ушла, он решил вызвать к себе Валуеву, чтобы задать появившиеся вопросы, но не успел – в кабинете появился Зимин.

– Доброе утро, Владимир Николаевич.

– Мне кажется, что не очень доброе, – проницательно заметил Радецкий, глядя на суровое лицо следователя.

– С хорошими новостями люди моей профессии приходят редко, – согласился Зимин. – Так что я просто с новостями. Мы нашли человека, который отправил интимное видео убийце Юлии Кондратьевой. И знаем имя того, кто эту подлость заказал.

Радецкий сразу вспомнил рассказ Владиславы Громовой о подслушанном ею разговоре на лестнице. Действительно, в этой грязной истории были замешаны двое.

– И кто эти люди? – спросил он внезапно чуть охрипшим голосом.

– Сняла и отправила видео Лидия Селезнева, медсестра кардиохирургического отделения.

Радецкий нахмурился. Могла пожилая пациентка узнать о совершенной девушкой подлости и начать выговаривать ей, уже зная, что Юля Кондратьева не вышла на дежурство? Вполне себе даже могла.

– Да, мы тоже сделали такое предположение, – кивнул Зимин. – Селезнева, конечно, отпирается, но мы прорабатываем эту версию.

– Хорошо. А кто был заказчиком видео? Вы сказали, что это установили.