Закон Северо-Запада

– Вот это да! Штуцеры офицеров егерских батальонов! – восхитился Данила, выхватывая из ящика довольно приемистое ружье. – На семьсот шагов бьет! А точность-то какая!

Ну да, помню. Парень спец по музейному оружию. Хотя все равно странно. По моим представлениям, старинное кремневое ружье должно было быть подлиннее. И потом – «штуцер». Нарезное, что ли? При Екатерине?!!

Оказалось, историю я знал плоховато. Впрочем, оно и простительно, не на то учился.

– Нарезное, нарезное, – проворчал Фыф, похоже, так и не подумавший отключиться от моего мозга, – И молотки к ним, пули в ствол забивать.

Хотя с его-то дурью одного удара за глаза хватит.

Семьсот шагов? Сильно! Получается, Данила только что вытащил из ящика далекого предка СВД, снайперскую винтовку восемнадцатого века. Вообще-то, надо будет при случае повнимательнее присмотреться к старинному оружию – как-никак, мне жить в этом мире, и наверняка рано или поздно придется использовать музейные раритеты.

Также в ящиках нашлись пара десятков кремневых пистолетов и большой запас свинцовых пуль.

Тару мы снимали слоями, начиная сверху и понемногу вынося трофеи в коридор – уж больно тесным был каземат. Данила радовался прекрасно сохранившемуся оружию, а я, признаться, начал понемногу разочаровываться. Хотелось чего-то большего, чем черный порох и древние железяки.

Желание мое сбылось, когда Данила не смог в одиночку сдвинуть очередной сундук. Дернул пару раз за толстенную ручку – никак. Что за дела?"

"– О как! Да на нем ручек целая дюжина! – удивленно выдал дружинник, осознав странный дизайн своей находки, переносить которую планировалось силами двенадцати человек.

И тут же сбил с нее все четыре замка. Четыре! Не один, как на остальных!

Мы прекратили сортировать древний огнестрел и вновь собрались в братской могиле.

Несмотря на то что мы порядком растащили найденный клад, окованной металлом тары еще было довольно много. Двенадцать самых больших и тяжелых сундуков стояли посреди камеры, и у одного из них Данила только что откинул крышку,

Настя тихо присвистнула.

Я тоже. Дружинник и Рут не отреагировали никак. Я помнил слова Данилы, мол, в Кремле золото не имеет цены. А юная нео, может, и осознавала ценность находки, но при этом жутко устала, перенервничала и сейчас откровенно позевывала.

– Ни хрена себе, – нарушил молчание Фыф. – Я слышал, что на севере за эти блямбы народ мочит друг дружку так же, как у нас за мясо, железо и порох…

В сундуке лежали золотые монеты. Много. Очень много.