Законы стаи

Даже на рынке, куда все ходили принарядившись, я не помню ни одного женского лица с макияжем.

Женщина между тем продолжала брюзгливо морщиться, разглядывая меня, и вдруг приказала:

-- Повернись!

-- Что, простите?!

Я так растерялась, что даже не сразу поняла, чего она добивается. Она снова недовольно поморщилась, как будто у нее болел зуб и, взглянув на госпожу Пасан, ответила:

-- Тоща больно, да и бестолкова.

Этот осмотр нравился мне все меньше и меньше. То, что мне не предложили сесть, это ладно. На данный момент, их социальный статус явно выше моего, они старше по возрасту, да в конце концов, возможно, в этом мире таковы правила этикета.

Но вот то, что они говорили обо мне как о неодушевленном предмете, было весьма неприятно.

Госпожа Пасан некоторое мгновение думала, а потом сказала:

-- Ну, скажем -- двадцать?

-- Я не отобью такую сумму! – с возмущение заявила ее собеседница. – Ее нужно отмыть, переодеть, хоть чему-то обучить! Нет-нет, двадцать -- это невозможно!

-- Не забывайте, она может работать и с половины, у нее свой дом.

– госпожа Пасан явно давила на собеседницу.

-- А это еще хуже, – уверенно заявила та. – Будет капризничать, а то и втихаря клиентов таскать. Была у меня уже одна такая, со своим домом – хлопот не обобраться с ними! -- она решительно отмахнулась рукой в перстнях, взяла со стола булочку, и аккуратно макнув в мед, принялась есть.

Госпожа Пасан как-то визгливо засмеялась, похлопала толстуху по полной руке и сказала:

-- Я не сомневалась, дорогая, что ты будешь торговаться.

Скажем – восемнадцать? Но это последнее слово! Сарт велел не соглашаться на меньшее, – строго добавила она. И после крошечной паузы и внимательного взгляда ей в глаза, добавила: -- Если ты не согласишься, я устрою ее в «Кровавую розу».

Женщина недовольным жестом положила на стол недоеденную булку и брюзгливо ответила:

-- Умеешь ты выкручивать руки!

Я очень плохо понимала, о чем идет речь. Точнее, боялась понимать…

Догадывалась, что говорят обо мне, собираясь как-то решить мою судьбу.

При этом никто не интересовался моим мнением и даже не объяснял мне, чем именно предстоит заняться. Я молча и растерянно смотрела на женщин, и в голове крутилась безумная мысль, пугающая меня.

Дай бог, чтобы я ошиблась… Однако, этот разговор о цене… У меня мелькнула отвратительная мысль, что больше всего эта незнакомая женщина почему-то напоминает мне постаревшую проститутку из романов французских классиков.