Законы стаи

Оскар, когда увидел меня в обновке, просто рассмеялся:

-- Мари, зачем тебе такой кинжал на поясе?!

-- Много ты понимаешь! – я фыркнула на него и отправилась на кухню – забрать корзину с провизией.

Мы, конечно, вернемся к вечеру, но днем все равно захочется есть.

ОСКАР"

"К пикнику Мари готовилась так, будто мы собирались пересечь экватор. Она, как запасливый хомяк, стягивала на суденышко все возможные запасы. Почти каждый день она вспоминала, что там чего-то не хватает и тащила туда очередную корзину с барахлом.

Я улыбался, глядя на ее суету. Все-таки женщины – удивительные создания! Для них так важно обустроить любое место в пределах досягаемости, приспособить его под себя, облагородить, сделать уютным. Мне ее возня только душу грела.

Я внимательно наблюдал за погодой и выжидал время – не хотелось бы попасть в шторм. Но весна была на диво теплая и солнечная. На берегу царило оживление. Рыбаки почти ежедневно выходили в море, в городе на рынке появилась отличная свежая рыба.

Мари почти каждый день донимала меня вопросом: «Когда, ну когда же?!», но я терпеливо дожидался второй половины весны. Разумеется, не из вредности. Рыбаки говорили, что в первой половине погода может иногда резко измениться, а рисковать я не хотел. И так прекрасно знаю, что мореход я весьма посредственный.

Наконец, убедившись, что погода стоит стабильно солнечная и жаркая, я объявил:

-- Завтра!

И тут Мари вцепилась в меня.

Утром я с трудом сдержал смех – на Мари был весьма солидный удлиненный стеганый жилет с роскошным меховым воротником, распашная юбка, под которой видны были кожаные брюки, и даже высокие сапоги до колен. Но не это добило меня.

На поясе Мари висел кинжал таких размеров, что его можно было принять за маленькую саблю. Сдержать смех мне стоило большого труда, а Мари, глядя на мои гримасы, слегка надула губы и заявила:

-- Это очень даже удобный костюм! А ты, между прочим, баронет! А одет, как нищий рыбак!

Я решил не портить ей настроение и, порывшись в шмотках, оделся соответственно.

Рыбаки довезли нас до стоящего в десятке метров от берега брига, я лично поднял якорь, а Мари, светясь от радости, держала штурвал.